Между тем, время равнодушно отсчитывало свои сейды, монотонно складывая их в единицы, а те в свою очередь собирались в талы… А я лежала, без малейшего желания шевелиться, игнорируя призывные звонки: первый к завтраку, следующий уже к обеду. Пока сигнал общего сбора всё-таки не вынудил подняться и привести себя в порядок.
В ангар спускалась в сопровождении всех своих подопечных йерт. Девушки будто чувствовали моё настроение, поэтому молчали всю дорогу. Конечно их понимание и внимание очень ценно для меня… Но в данный момент я была далека от окружающих и вряд ли бы прислушивалась к их разговорам…
Переступив порог ангара, остановилась, глядя на собрание альдеонов. Целая толпа красивых мужчин с неподдельным вниманием и воодушевлением слушала Демьяна. А тот вещал с высоты импровизированной трибуны с несвойственным ему жаром, и судя по пылу речи — поднимал боевой дух бойцов.
Не сложно было понять, что Демьян сам горит азартом и желанием наконец-то открыто выйти против зарвавшихся лидеров Семёрки. А самое главное — он абсолютно уверен в успехе предстоящего «мероприятия».
Какая-то часть меня понимала его, но… Сторону йерт, с которой я отождествляла себя — не устраивала его победа, во всяком случае в том аспекте в котором он её видит. Впрочем, как и победа содружества. Необходим третий вариант, где именно мы выйдем живыми и невредимыми из намечающейся «заварушки», поскольку при любом другом раскладе — кто-то из нас двоих: я или мама покинет этот паршивый мир…
С такими мыслями, сразу по завершении речи Демьяна, развернулась и быстро зашагала к фрегатам, уводя за собой всех йерт. Хотя отлично знала, что Демьяна разозлит моя самовольность, но это меня уже ни капли не заботило…
Поднявшись на борт полюбившегося мне звездника, смогла немного расслабиться, слушая тихие разговоры девочек, смешки и даже мелкие перепалки за место в кабине пилотов. Задорный смех Риэль, которая садясь в кресло второго пилота, беззлобно подтрунивала над серьёзным Аленом. Тот в свою очередь злился, пытаясь ответить ей в её же манере, но увы у него это плохо получалось и не всегда безобидно. После чего он в очередной раз скрипел зубами… Причём я не могла понять на кого он больше злился на себя или на неё…
Я привычно заняла место первого пилота и глянув в обзорное стекло соседнего корабля, никак не ожидала увидеть Шейвурда у штурвала. Мои брови взлетели вверх, а он улыбнулся широкой улыбкой и помахал рукой. Ожидаемо возник вопрос: почему он не улетел?
— Про него можешь забыть, вам не быть вместе! После операции я разорву с ним контракт… — раздался голос за спиной.
Развернулась лицом к Демьяну. Тот взглянув на Риэль, без слов, просто жестом руки «попросил» освободить место. Та вскочила и так же молча ушла к девушкам. Я нахмурилась наблюдая, как альдеон расстегнув шикарный камзол, приземлился в кресло второго пилота, отодвигая консоль в сторону.
— А с кем мне быть? — спросила чисто номинально, отлично зная ответ.
Он вздохнул и снова посмотрев в мои глаза: — Твоё будущее — Киан.
— Спасибо, что предупредил… — горько усмехнулась и отвернувшись от него, вытянула штурвал.
Снова взглянула на Шейвурда, тот обеспокоенно смотрел на меня. И если честно, то была рада такому повороту. Разорванный контракт снимет с него все обязательства. К высокородному, пусть и без своего дома — не будет претензий, даже со стороны Эвана…
— А, что ещё ты для меня приготовил, кроме конечно постели своего помощника? — снова повернулась к Демьяну, уставившись на него прямым взглядом.
Мужчина некоторое время молчал, будто раздумывал. Взор его невероятных глаз посмурнел, что не предвещало ничего хорошего. Однако последовавший жёсткий приказ всем лискнам на этом борту, оказался для меня неожиданностью:
— Полное подчинение! Боевая трансформация!
Я дернулась, как от удара. Йерта внутри взревела, не желая подчиняться, но её насильно тянули на поверхность. О том, чтобы вести корабль не могло идти и речи, у меня не получалось справиться с той агрессией, что рвалась наружу и требовала врага здесь и немедля, всё остальное не имело значения.
Сжав кулаки, зарычала, глядя в холодные сиреневые глаза, стараясь сдержать свое тайное оружие, которая горела желанием покромсать наглеца, осмелившегося приказывать верховной йерте.