— Твою же… — мама хотела выругаться, но поймав мой взгляд, прикусила язык.
— Они так наказывают тебя? — смотрела на неё, ожидая ответ
— Боятся, что я выйду против них… — рыкнула она. После чего вытащила мечи. — Так Лали… — и подняв голову, замерла.
Я проследила за её взглядом, наткнувшись на дула майзеров с нейтрализатором, в руках группы грассов напротив… Они не подходили близко, боялись, причем меня…
Вокруг кипел бой, поэтому они не почувствовали появления противников за своими спинами. Шейвурд со своими помощниками быстро и без всяких слов «нейтрализовали» всех мужчин.
Затем его каперы махнув мне рукой, остались стоять на месте — охранять своего вьера, который подошёл к нам и рассматривая мою маму, сделал правильный вывод:
— Твоя мама?
И не дожидаясь ответа, склонил голову, прижав ладонь к груди. Что означало высшую степень уважения.
Мама довольно мурлыкнула: — Лали… Какой хороший мальчик!
И в этот момент свет над нами моргнул красным, раздался гудок оповещающий об открытии ворот шлюза. Мы с недоумением повернулись в сторону новых гостей и не только мы. Отряды содружества стали отступать, а мы наблюдали за влетающими один за другим небольшими шаттлами, неизвестной конструкции.
Часть 2
Глава 11
⭐Часть 2. Глава 11⭐
Задрав головы, мы с вниманием наблюдали за малогабаритными кораблями чёрного цвета. Странная фактура опыления фюзеляжа не отражала свет, а напротив будто впитывала его. Непривычно и как-то загадочно. Хотелось рассмотреть поближе и даже потрогать… А вот узкая полоска серебра по боковому шву — сверкала зеркалом, разбрызгивая огромное количество бликов.
Практически не издавая шума, они швартовались под самым сводом потолочных балок, не думая приземляться подобно нашим судам.
Первая посетившая мысль и казавшаяся в данный момент здравой: «В лабораторию пожаловали существа из другой галактики, гораздо превосходящие нас в плане технологий». Но едва взгляд коснулся необычного обзорного экрана разделяющего кабину пилотов на две равные половины — всё стало ясно…
Прозрачное стекло отлично позволяло рассмотреть самого пилота, вплоть до орнамента на подошве его ботинок, упирающихся в это самое стекло под ними.
Некоторыми шаттлами управляли корсаны, причём в боевой трансформации, дабы обозначить себя и цель своего прибытия! Оставалось загадкой: как они получили разрешение на вход? То, что центр их не впускал было заметно по переглядываниям не только бойцов, отступающих ближе ко входу в жилую часть, дабы занять оборонительную позицию, но и по переполоху в «рядах зрителей » на балконах.
Сразу вспомнился разговор с Максимилианом о его планах на лабораторию… «Может он тоже здесь? С ними? » — эта мысль вынудила сердце удариться о ребра и в удвоенном темпе качать — в миг загустевшую кровь. Грохот этого действа затмевал все остальные звуки. Но следующая неприятная мысль заполнила душу горечью обиды и боли: «Тогда его невеста, а может уже законная пара наверное тоже рядом?»…
С трудом заставила себя отвернуться, чтобы не искать глазами знакомую черную полосу на трансформированных лицах пилотов. Крепко сцепила зубы, стараясь незаметно выдохнуть, дабы успокоить распоясавшееся сердце и йерту заодно, которая рвалась наружу…
Но скрыть свое состояние от мамы не получилось, она нахмурилась, ожидая пояснений. Сама она превратилась в натянутую струну, готовую в любое мгновение лопнуть. И всё же я взяла себя в руки, поспешив назвать причину своей озабоченности, правда совсем не ту:
— Они столько времени и сил потратили на создание идеального оружия против корсанов, и сами же обезвредили его, — кивком указала на обездвиженные тела йерт, после чего тихо добавила: — Ирония вселенной, не иначе…
И в этот самый момент, в дальнем углу помещения открылась незаметная на первый взгляд дверь. Из открытого проема, один за другим появлялись херсины* в белых комбезах медиков, с явным намерением забрать девушек. О чем свидетельствовали несколько погрузчиков для транспортировки, плавно и тихо скользящие по воздуху за ними.
Мама рыкнула и сорвалась с места, я за ней, Шейвурд со своими помощниками следом.
— Эва не вынуждай меня! — крикнул херсин возглавляющий группу, когда до него осталось несколько дюнов.