Две недели шли непрерывные бои на фронте в несколько десятков километров. Кульминационным пунктом стал бой за шоссе Себеж — Полоцк в районе села Павлово Россонского района. Здесь партизаны, трепавшие экспедицию по частям с флангов и с тыла, приняли открытый бой.
Основной удар враг обрушил на отряды бригад Бондина и Гаврилова. Трудно пришлось отряду Ботова, когда в село ворвались танки, а за ними егеря, но смелой контратакой враг был отброшен. Дрались до последнего патрона. Вот смолк огонь на рубеже, обороняемом отрядом латышей. Туда помчался начальник штаба бригады Халтурин. «В чем дело?» — кричит. Первый попавшийся ему автоматчик протянул пустой диск.
В ход пошли гранаты.
К шоссе каратели не вышли, но Павлово заняли на… несколько часов. Когда сгустились сумерки, Бойдин скомандовал своему артдивизиону:
— Огонь!
Ночью 10 февраля каратели вынуждены были уйти из Павлова. «Заяц-беляк» обернулся для врага крупными потерями. Теснимые с флангов белорусскими и латышскими партизанами, гитлеровцы поспешно покидали Братский партизанский край.
Бой за Павлово был для объединенных партизанских сил весьма успешным. А для комбрига-комсомольца Бойдина особо памятным: вскоре после этого боя он был принят в ряды Коммунистической партии.
Провалилась и карательная экспедиция «Зимнее волшебство», несмотря на то что в ней участвовало вдвое больше оккупантов, чем в первый раз, и главным «волшебником» был сам обергруппенфюрер СС и генерал полиции Еккельн. Каратели наступали теперь с запада, со стороны Латвии. Латышские, калининские и белорусские партизаны скоординировали свои действия через объединенный штаб. Отряды защитников края заняли твердую оборону на западной границе свольненских лесов. Общее руководство боями было поручено уполномоченному ЦК КП Белоруссии и Белорусского штаба партизанского движения А. Ф. Бардадыну.
Жестокие бои развернулись на реке Свольне, на подступах к железнодорожным и шоссейным магистралям. В тыл экспедиции партизанское командование забросило несколько спецотрядов. Грозой карателей стал отряд Вилиса Самсона. Неожиданно появляясь и внезапно исчезая, он минировал дороги под самым носом наступавших батальонов карателей, уничтожал подразделения боепитания, курьеров, рвал телефонную связь.
Карателям удалось наконец окружить отряд латышей. На деревни Красово, Потино, Василевщина, где находились партизаны, полетели бомбы. На штурм двинулось более двух батальонов гитлеровцев. Но тщетно. Самсон и его товарищи неожиданно дерзко контратаковали боевые порядки карателей и прорвали вражескую цепь. Семьдесят фашистов остались навечно в снегах Василевщины.
В последних боях понесли немалые потери и партизаны-латыши. В числе раненых оказались парторг спецотряда Имант Судмалис и сам командир. Под яростным огнем гитлеровцев санитарка Белта Апсит вывезла Самсона с поля боя и спасла ему жизнь.
Попытки карателей зажать защитников Партизанского края в кольцо продолжались до 20 марта. Партизаны не только устояли, но, получив с Большой земли боеприпасы, перешли в наступление. А тут подоспела оттепель — гитлеровцы окончательно лишились маневра. И тогда под прикрытием авиации начали отходить к своим крупным гарнизонам. Отступая, каратели неизменно придерживались тактики «выжженной земли». Горели деревни, хутора, лес. На многие версты посерел от пепла и дыма мартовский снег. Только в Освейском районе фашисты сожгли 158 населенных пунктов.
В период последней карательной экспедиции отделения СД и ГФП провели в Себеже, Опочке, Пустошке, Идрице, Красногородске и в Пушкинских Горах так называемую «мартовскую чистку» городского населения и жителей пригородных деревень с целью разгрома подпольщиков и разведывательной сети партизан. Но и эта карательная акция не принесла им успеха. Надежный, Абсолют, Алла Шубина и другие разведчики в стане врага сумели предупредить многих о возможных арестах.
Разведчика-информатора на станции Себеж Дмитрия Трофимова схватили в деревне у родителей утром 23 февраля. И прямо в город. Допрашивал помощник Венцеля. Обер-лейтенант размахивал плеткой, требовал: