Талантливый разведчик (а таким Чугунов, бесспорно, был), командир спецгруппы обучал молодых бойцов искусству разведки каждодневно, ежечасно. Внимательно беседуя с возвратившимися на базу, он решительно осуждал «эффектные штучки». Однажды молодой боец, докладывая о выполнении задания, с явным оттенком хвастовства сказал:
— Жаль только, что упустил возможность разгромить фашистов.
— Это как — разгромить? — поднял глаза Чугунов.
— Да просто. Уже когда возвращался, напоролся на солдат-ремонтников. Больше десятка их было. Сидели у моста и жрали. А винтовки в стороне лежали. Хотел было гранатой трахнуть…
— И что же?
— Пока раздумывал, автомобиль на шоссе показался.
Надо было видеть в тот момент каменно сведенные скулы и гневные глаза Чугунова. Но гроза не разразилась.
— Я думал, из тебя разведчик получится, — спокойно произнес Чугунов. — А ты решил удалым молодцем прослыть. Ну, убил бы ты троих, пятерых. А дальше? Перестрелка. Погоня. Могли и тебя убить или ранить. Сведения, которые ты добыл, не попали бы к нам. А они — важные. Запомни: разведчик, выполняя задание, воюет не с одиночками, а с вражеским полком, дивизией, а то и с целой армией. А придется отбиваться от карателей (такое у нас уже случалось), вот тогда и покажи, чего ты стоишь как боец.
В начале осени 1943 года Центр, посылая боеприпасы и продовольствие для «Борца», направил этим же транспортным самолетом в помощь Чугунову мужа и жену Сизовых. Под этой фамилией в разведке значились лейтенант Анатолий Сысоев и радистка Аня Коковцева. Они были не по «легенде», а действительно мужем и женой. 7 ноября 1942 года, пробираясь к своим из-за линии фронта, перед тем как переплыть студеную речку, Аня и Анатолий поклялись: спасемся — всегда будем вместе.
Начальник разведки, посылая Сысоевых с новым заданием в тыл врага, решил не разъединять их. Однако он не знал одного…
— Товарищ командир, — Сысоев виновато посмотрел на Чугунова, — не могу не доложить: Аня беременна, четвертый месяц. Но она умеет делать все и готова на все. Нам нельзя друг без друга.
— Ясно. Как говорят пленные немцы, вир зинд нихт шульдиг — мы не виноваты.
— Виноваты, товарищ командир.
— Ты, а не она, — поправил Чугунов. — Полагалось бы всыпать тебе по первое число. Ну да ладно, — майор усмехнулся, — невероятного в жизни более чем предостаточно. Иди, Ромео, зови свою Джульетту. Будем обедать.
Этот разговор состоялся сразу после приземления Сизовых-Сысоевых в районе расположения спецгруппы. Чугунов знал, что и его новый помощник, лейтенант, и радистка прошли во вражеских тылах «огонь и воду». Ну а «медные трубы», думал он, пройдем вместе. А что этих «медных труб» впереди будет немало, сомневаться не приходилось.
В тот день, когда спецгруппа «Борец» находилась на пути в Латвию, Венцель получил очередной нагоняй от начальства и приказ об усилении провокационной деятельности. На этот раз нервы начальника себежского отделения тайной полевой полиции не выдержали, и в радиограмме, отправленной начальству, он после слов «приступаю к немедленному исполнению» дописал: «По-прежнему не хватает опытных агентов».
Радиограмма фашистского контрразведчика не осталась без ответа. Капитану Венцелю сообщили: в Себеж прибудет отряд «Ваффен СС ягд-фербанд Ост», то есть «истребительное соединение «Восток» войск СС».
Отряд карателей, а точнее, банда, прибывшая в Себеж в помощь отделению СД, была особой. Комплектовалась она не просто из уголовного сброда, а из самых отъявленных негодяев, людей разных национальностей и возрастов, но равно ненавидевших все советское. Возглавлял этих убийц и провокаторов поляк Мартыновский, а хозяевами были офицеры СД, поначалу невысоких рангов, позже — матерый шпион и диверсант штандартенфюрер Кнолле и любимец Гитлера Скорцени.
Фашисты знали, кого можно завербовать. И когда в первые дни оккупации Луги на проверку в тайную полевую полицию попал Игорь Решетников, двадцатидвухлетний оболтус, одним предателем стало больше.
Еще перед войной Игорь Решетников отбыл наказание за кражу социалистической собственности и незаконное хранение оружия. Пришелся ко двору гитлеровцам и отец Игоря. Сын статского советника, лужский юрист стал бургомистром.
В банде Мартыновского непросто было занять командный пост. Отпетые негодяи Купфер, Нариц Оскар, Терехов-Орлов, Роман Богданов, составлявшие штаб, не всякого допускали в свой круг. Но Решетников быстро сделал карьеру и вскоре стал правой рукой Мартыновского.