— Не говори матери, Аннушка. Держитесь, скоро фашистам крышка… Ой как на свободу хочется!
При свидании с матерью Рая ни словом не обмолвилась о пытках. Охмелев от принесенного самогона, надзиратель говорил Пелагее Тихоновне:
— Матка, бьют твою дочку, бьют, а она точно немая — молчит, молчит…
Стояла теплая апрельская ночь, когда гестаповцы бросили в кузов машины Раису Гаврилову, Надежду Литвиненко и Любовь Алексееву. По дороге в Пустошку молодые патриотки были расстреляны.
Тоня Алексеева была очень сильной девушкой. До войны на деревенских гуляньях она иногда шутя боролась с парнями и многих из них клала на лопатки. Гитлеровцы при аресте едва справились с ней. Скрутив руки девушки проволокой, жандармы раздели Тоню донага и, привязав веревкой к подводе, привели в деревню Куденково. После гнусных надругательств повесили.
Еще раньше, в начало 1944 года, был нанесен удар по себежским «невидимкам». Погас «светлый огонек» — так звала Риту Ляшкевич ее любимая учительница. Разведчица проявила медлительность, узнав об аресте связной, — не ушла немедленно в Лоховню. В тюрьме, где сидела Рита, двое арестованных заболели тифом. Ночью всех находившихся в камере гитлеровцы увезли за город, расстреляли и сожгли.
Погиб и Еж. Вместе с ним были арестованы его жена и дети. Василия Платоновича взяли в момент, когда он собирался поджечь склад зерна, приготовленного хозкомендатурой для отправки в Германию. Березкиных и еще нескольких себежан расстреляли в Мидино. Очевидец рассказывал позже: когда Василия Платоновича палачи вытолкнули из машины, он сказал, обращаясь к жене и детям:
— Домнушка, милая, дай мне руку. Валюта, Леня, Вадим, держитесь за маму и меня. Пойдемте, дорогие мои. Вместе не страшно…
И они пошли к яме под фашистские пули — без слез, без крика. Себежанка Фаина Корнеевна Громова, видевшая незадолго до расстрела истерзанного пытками Березкина, пишет в своем письме:
«…семья эта не должна быть забыта, хотя пройдет тысяча лет!»
Это точно. Срока у подвига нет.
Весной 1944 года борьба калининских и белорусских партизан проходила в очень сложных условиях. Советские войска частично освободили от врага Братский партизанский край. Линия фронта стабилизировалась до лета на рубеже Дретунь — озеро Нещедро — Пустошка. На оставшуюся оккупированной территорию края хлынули фронтовые части вермахта. Партизаны не могли больше базироваться в селах и деревнях. Плохо было и с продовольствием. Заложенные базы с зерном и другими продуктами в связи с изменившейся обстановкой оказались или в советском тылу, или на линии фронта.
Отступая к Прибалтике, гитлеровцы применяли свою человеконенавистническую тактику выжженной земли. Деревни сжигались, население угонялось в глубокий тыл, всех сопротивлявшихся угону расстреливали. Вот тут-то и сказалась дальнозоркость Себежского и Идрицкого подпольных райкомов партии, создавших летом 1943 года на оккупированной территории органы Советской власти — комендантские участки. Их руководители своевременно уводили население в лес. В урочище Лоховня и в других лесных массивах были организованы «гражданские лагеря», где укрывались женщины, дети, старики.
Партизаны маневрировали, пользуясь весенней распутицей, и, ускользая от врага, продолжали борьбу.
Выдержки из документов тех дней.
Из рапорта адорьевского волостного старшины начальнику отделения Новоржевского уездного управления:
«…господин Демидов, прошу я вас, Евстигнеев, не оставьте моей просьбы, съездите в Новоржев, попросите начальника района, чтобы на время расформировали бы волость. Уполномоченные деревень ходят как сонные, не дают населению никаких распоряжений, напуганы партизанами, а мы бегаем, как зайцы».
Из приказа командира партизанской бригады № 5:
«За успех в бою с немецкими захватчиками… захват трофеев и документов и освобождение группы арестованных советских граждан командиру и комиссару отряда № 3 тт. Степапову и Солнцеву, начальнику штаба т. Щербине, всем бойцам и командирам — участникам боя объявляю благодарность».
Из донесения начальника штаба партизанского движения Калининской области Соколова:
«Партизаны усилили свою боевую деятельность по коммуникациям и тылам противника. За март 1944 года партизанскими бригадами, действующими перед 2-м Прибалтийским фронтом на временно оккупированной территории Калининской области, нанесен противнику следующий урон: спущено под откос и подорвано 28 эшелонов… Засадами и минированием уничтожено: 1 средний танк, 130 грузовых, 23 легковые автомашины…»