Он входит и выходит, так нежно и медленно. Это самая сладкая форма пытки. Мы никогда не занимались любовью таким образом, каждый из нас всегда был слишком голоден до другого и делал это грубо и жестко. Но так мне тоже нравится.
— Я люблю тебя так, как никогда не любила, Брэй, — признаюсь я, пока он покрывает нежными поцелуями все мое лицо.
— Твое сердце в безопасности в моих руках, детка. Я обещаю, что бы ни подкинула нам жизнь, у тебя всегда будет возможность опереться на меня. Я всегда буду бороться за нас.
Следующие тридцать минут мы занимаемся любовью в водах пляжа Вайкики. Я запечатлела этот момент в своей памяти, как время, когда я на сто процентов, без сомнений, знала, что проведу остаток жизни с этим человеком. Страшная мысль: если бы он завтра предложил мне сбежать с ним, я бы, наверное, согласилась. Но я оставлю эту мысль при себе — мне не нужно поощрять его безумные выходки.
Глава восемнадцатая
Брэй
Последние несколько дней, проведенные в этом раю с Райли, были потрясающими. Я даже не могу вспомнить, когда в последний раз был в отпуске. Это было до смерти моих родителей. Зак никогда раньше не оставлял работу на такое долгое время. Он брал отгулы, чтобы посетить школьные мероприятия Эллы или вытащить мою задницу из каких-нибудь неприятностей, но всегда сразу же возвращался к работе.
В школьные годы Зак никогда не уходил в клуб раньше, чем Элла уснет. Днем и вечером он обязательно оставался с ней дома. А когда он уходил на работу, то заставлял либо меня, либо Дина оставаться в пентхаусе, пока она спит. Но я не возражал: ради Эллы я был готов на все. Даже несмотря на то, что я был сложным подростком, когда умерли наши родители, я бы сделал все, что нужно Заку, чтобы помочь ему и Элле. Семья всегда была на первом месте.
Находясь на этой неделе в свадебном путешествии, я обратил внимание на то, как нам всем необходимо проводить больше времени вместе, всей семьей. Сейчас особенно, когда наша маленькая семья из трех человек стремительно растет, когда на подходе малыш, и да, я рассчитываю, что у нас будет мальчик. Мы должны это делать; этот ребенок должен проводить семейные праздники, как мы в детстве. Я не сомневаюсь, что Зак позаботится о том, чтобы испытать все, что может предложить жизнь. Он действительно будет отличным отцом.
— Брэй, поторопись, ты не можешь опоздать на свадьбу собственного брата, — кричит Джеймс через дверь ванной. Какого хрена Зак решил, что ему нужно притащить с собой бармена, я понятия не имею, что-то насчет того, что он один из друзей Алиссы, или что-то в этом духе.
— Джеймс, еще раз стукнешь в эту дверь, и я пробью твою гребаную башку! — кричу я в ответ.
Этот ублюдок смеется.
— Что бы сказала Райли, если бы ты так поступил, Брэй?
Черт, этому маленькому дерьму пришло в голову подружиться с Райли. Теперь я, бл*дь, не могу к нему прикоснуться, и он это знает. Однако я все еще могу угрожать ему.
— Она не узнает, если не найдет тело, и поверь мне, Джеймс, его никто никогда не найдет.
— Ладно, ладно, просто поторопись. Я не хочу испытывать на себе гнев Зака, если мы опоздаем, потому что тебе нужно провести час перед зеркалом.
Я тороплюсь, мне не терпится снова быть рядом с Райли. Она ушла сегодня рано утром, заявив, что им нужен целый день для наведения гламура. Я попытался сказать ей, что она просыпается уже неотразимой, на что в ответ услышал, куда засунуть мой сладкоречивый рот. Я с удовольствием провел утро, следуя ее указаниям, потому что только идиот откажется от того, чтобы поласкать ее киску своим ртом.
Сидя под жарким солнцем на белом песке Гонолулу, я наблюдаю, как мой брат стоит у алтаря и ждет Алиссу, каждые несколько секунд сверяясь с часами. Она не опаздывает, он просто нетерпеливый ублюдок. Справа от меня сидит Райли, крепко сжимая мою руку, и по ней пробегает дрожь. Элла сидит слева от меня, и я вижу, как в ее глазах уже появляются слезы.
Никогда не понимал, почему люди плачут на свадьбах; это счастливое событие, или, по крайней мере, так должно быть. В слезах нет необходимости. Я наблюдаю, как Зак внезапно перестает ерзать, его голова поднимается, а рот открывается. Оглянувшись, я вижу Алиссу, стоящую в конце прохода. Она выглядит потрясающе, длинное белое платье развевается на ветру.
Есть только одна проблема — она одна. По какой-то причине это находит отклик во мне. Она не должна идти к алтарю одна. Считайте меня старомодным, но у каждой девушки должен быть кто-то, кто отведет ее к алтарю в день свадьбы. Я знаю, я чертов безнадежный романтик в душе.