— Игнис! — окрикнул меня дядя, выдирая из раздумий. Я обернулась и ждала, когда он подойдет ко мне. Я как раз находилась в главном зале.
— Как твое самочувствие? — внезапно спросил он, едва оказался рядом.
— Хорошо. Только волнуюсь.
— Я тоже. Все-таки не каждый день в меня вливают магию. Тебе пора приготовиться.
— Опять изображать пленницу?
— Просто будь собой, а остальное предоставь мне. — он кивнул моим сопровождающим, и те повели меня к дальней стене. Там был массивный стул с высокой спинкой и металлическими скобами для рук. Я села и с досадой наблюдала как меня пристегивают. Теперь осталось только ждать. Морман приехал через час, не опоздав ни на минуту. В зале уже было полно людей из охраны. Снаружи их наверняка еще больше. Также были врачи и реаниматологи, на случай, если Ионтер не выдержит ритуал. Возле меня сели Адром и доктор. По центру стоял большой стол, на котором, как правило, проводят операции. От чего-то это вызвало во мне непроизвольный ужас.
Дит Торн сегодня был одет в простую черную футболку с коротким рукавом и темные спортивные штаны. Даже непривычно было видеть его таким обыкновенным.
Едва он вошел, сразу нашел глазами меня, и, кажется, облегченно выдохнул. Ионтер был тут же, и после их короткого разговора с наршем, все началось. Дядя лег на тот стол, раздевшись до белья. Морман достал свой ритуальный нож и без тени колебаний стал наносить надрезы. Ионтер шипел сквозь зубы и морщился. Очень быстро простыня под ним стала алой от крови. Я нервно сжимала кулаки, боясь даже моргать. Все затаив дыхание глядели на действо. Спустя несколько минут все тело Ионтера было покрыто кровавыми рисунками. Нарш порезал ладонь и начал что-то тихо шептать, выводя своей кровью новые символы поверх уже сделанных. Лампы засияли ярче, а потом некоторые из них просто погасли. Без того напряженная охрана схватилась за оружие. У меня от напряжения выступила испарина. Дит Торн убрал нож за пояс, затем расположил кисти по обеим сторонам от головы дяди, и принялся громко произносить заклинания на непонятном языке. Раны вспыхнули золотым светом и запульсировали в такт голосу нарша. Ионтер застонал, ему явно было больно, но он заранее предупредил всех не вмешиваться, пока его жизнь не окажется в опасности.
— Игнис. — вдруг раздался сбоку шепот Адрома. Я с трудом оторвалась от зрелища и посмотрела на блондина. Он был напряжен, как струна, и бледен как мел.
— Что?
— Ты должна бежать. — едва слышно простонал он и повалился вперед. Стоявший рядом наемник едва успел его поймать и не дать удариться.
Я рванулась, желая помочь, но у меня ничего не вышло. В этот момент что-то грохнуло и яркая вспышка прошлась по залу, ослепляя. Зазвучали выстрелы. Я ничего не видела, глаза слезились. Подергала свои путы, но ощутила, как металл до крови врезался в кожу.
Послышались крики, и вновь по поздуху прокатилась волна магии, такой мощи, что смела все вокруг. Стул, на котором я сидела, протащило по полу и стукнуло о стену. Благо, она была не далеко, и удар оказался слабым.
Стало тихо. Сморгнув пелену, я огляделась и сразу вспомнила взрыв в лаборатории. Все, кто был в зале, валялись кто где. Рядом скорчился блондин и было не понять, жив ли он. Нетронутым остался лишь стол, на котором был Ионтер, а возле него на полу лежал Морман. Мои попытки вырваться провалились. Я едва не плакала от собственного бессилия, когда дядя вдруг застонал. Я тут же замерла, взволновано глядя на него. Он сел схватившись за лоб, а затем осмотрелся.
— Какого… — начал было он и вдруг осекся, когда заметил дит Торна. — Неужели все?
Выглядел он растеряно. Затем осторожно встал, пошевелил руками и ногами, словно проверяя как движется его тело. Пару раз подпрыгнув на месте, он запрокинул голову и захохотал. Громко и радостно. Это был смех победителя. Вдруг его голос оборвался, и он повернулся ко мне. Его глаза горели лихорадочным огнем, улыбка напоминала оскал.
— Племяяянница. — протянул он. — Смотрю, ты в порядке.
— Освободи меня. — взмолилась я.
— Отпустить? — он снова засмеялся. — Всенепременно, моя дорогая.
Он словно танцуя поднял свою раскиданную одежду, затем оделся и подошел ко мне.
— Что тут у нас? — он наклонился, разглядывая мои окровавленные руки, и цокнул языком. — Не хорошо.
Едва заметным движением пальцев с меня сорвали оковы.