Я медлила. Блондин просто стоял и улыбался, как старому доброму другу. В его расширенных зрачках не было и капли страха. Он верил мне. Он верил в меня. Псих.
Я тоже такая — ненормальная. У него руки по локоть в крови, и будь он на моем месте, то не сомневался бы. Но я не могла. Нет ничего ценнее жизни. Я опустила оружие и ощутила, что слез нет. Ничего больше нет. Пистолет упал на землю, а я, перешагнув через него, пошла прочь.
Мой путь лежал к берегу. По дороге я нервно стаскивала с себя одежду. Вода приняла мое тело, ласково обнимая и обволакивая. Кругом было темно и купаться сейчас наверно опасно, но я так устала от всего. Я ныряла в глубину и вновь всплывала, потом просто легла на спину. Бесконечное небо и такие далекие звезды напомнили мне глаза мужчины, которого я так отчаянно хотела выдрать из своего сердца. Я смогу. Однажды я все забуду.
Когда вышла на сушу, меня уже ждал длинноволосый, приготовивший полотенце. Он молча завернул меня в него, и мы медленно побрели к костру.
— Спасибо. — нашла в себе силы поблагодарить я спустя время. Мы сидели рядом и глядели на то, как резвится пламя на сухих поленьях, пуская искры в воздух.
— Не за что. Тебе было нужно.
Промолчала.
— Игнис, кто сделал это с тобой? — и он царапнул ногтем по краю одного из браслетов. — Я имею в виду силу. Откуда она? Ты же знаешь ответ.
— Тогда в лесу наемники дяди поймали меня и прежде чем убить, решили помучить. Ты ведь понимаешь, как это бывает.
Нарш зло сощурился.
— Более чем.
— Морман пришел на помощь, но одно мгновение решило все. В тот вечер я умерла, а повелитель нашел способ вернуть меня.
— Каким образом? — тут же поинтересовался блондин.
Я скинула с плеч полотенце и показала шрам.
— Пуля вошла сюда. С таким не выживают. А вот это — я указала на бледные рисунки на коже — это не я сотворила. Это последствия ритуала, что провел Морман дит Торн, чтобы спасти меня. Вот только ни он, ни я не догадывались, что в результате этого магия проявится и у меня. Тот факт, что я вообще выжила после всего лишь подтверждает, что на момент ритуала я уже не была человеком. Вот только как это произошло — я до сих пор не понимаю. Мой дом — Зоранд, но я перестала быть его частью.
Адром был в шоке, об этом говорили широко распахнутые глаза и глуповато приоткрытый рот.
— Эй? Все в порядке? — позвала я.
— Да. Эммм… мне надо это все переварить. Я только что многое понял. Дай мне немного времени. — В этот раз он оставил меня одну и ушел искупаться.
Вернулся нарш скоро и весьма довольный.
— Так что же ты понял? — меня съедало любопытство.
— Я понял откуда взялась твоя сила, Игнис. Это все ритуал.
— Я же так и сказала.
— А, не забивай голову. — он отмахнулся.
— Ты так и не рассказал ничего о себе. — попеняла ему я. — Мы же договорились, помнишь?
— Хорошо. Что тебя интересует?
— Где связался с Ионтером, и как давно служишь ему?
— Все не так. Я работаю с ним, а не на него. Мы своего рода партнеры. — Блондин лег на спину, заложив руки за голову, и я предположила, что рассказ обещает быть долгим.
— Мы познакомились еще в детстве.
— В детстве? — удивилась я, — Сколько же тебе лет?
— Пятьдесят один. — я ошалело оглядела его с макушки до ног, понимая, что выглядит он не старше тридцати.
— А еще утверждаешь, что ты человек? Да я же сразу догадалась еще на базе, что ты нарш.
— Будешь слушать или перебивать? — я засопела, но заткнулась. — Я и мать жили в очень бедном районе в старом бараке. Мама целыми днями была на работе, а я после школы шлялся по улицам. Друзей у меня не было, потому что я был странным ребенком и по большей части держался особняком.
— Странным? — вновь не утерпела я.
— Мой отец с Нархаза. Вот только я не стал желанным сыном. Он покинул нас, едва я появился на свет. Все потому, что гены сыграли со мной злую шутку, и я родился человеком. Такое бывает очень редко, но случается. Я генетическая ошибка, Игнис.
— Он не признал тебя?
Блондин хмыкнул.
— Папаша был шокирован, что отпрыск, ради которого он пришел в этот мир, оказался обычным смертным. Он просто исчез, бросив мать одну с младенцем.
— Вот сволочь! — я гневно сжала кулаки.
— Это точно. — согласился Адром и как ни в чем ни бывало продолжил свой рассказ. — Вот только ему было невдомек, что моя сила проявится гораздо позже. Около шести лет я рос как обычный мальчик, пока как-то раз не спалил свою кровать. Мать едва успела потушить начавшийся пожар. Тогда она и раскрыла тайну моего рождения. После матушка взяла слово, что я никому не расскажу об этом.