Выйдя на улицу, Макс увидел, что Эмили стоит возле машины и что-то пишет в блокноте, зачеркивает и снова пишет. Когда он подошел, она спрятала блокнот за спину и, посмотрев ему в глаза, улыбнулась «этой» улыбкой.
— Ты знакома, с Фрэнком? — спросил он, доставая сигарету.
— Нет, — она снова протягивала в руке зажигалку, а язычок пламени опалял сигарету.
— Тогда откуда такая холодность?
— Поверишь, если скажу, что враг моего друга — мой враг?!
— «Враг моего друга»?
— Когда доктор Смит сказал, что собирается уходить — ты ведь расстроился?! А я просто отреагировала за тебя! — она впервые смотрела прямо на него и не улыбалась.
Эми сложно назвать эмпатом, ведь эту "функцию" может включать по желанию. Хотя наверно это всего лишь развитая интуиция, и умение глубоко прочувствовать ситуацию. Но ей действительно стало грустно, когда Джарвис сообщил о своём намерении уйти и ловко подсунул свою замену.
— Так значит мы друзья? — В его глазах вспыхнул озорной блеск.
— Хотелось бы, мы ведь напарники, — уловив его намек, улыбка снова появилась на её лице.
— Но ты ведь мне призналась!
— Слушай, я не люблю тянуть кота за я… хвост, — она снова говорила серьезно, но улыбаться не перестала. — Нам не по 14 лет и мы не подростки, чтобы тратить время на переживания. Поэтому, если мне кто-то нравится, то я спешу сообщить ему об этом!
— Значит, я у тебя не единственный? — к озорному блеску в глазах добавилась ехидная ухмылка.
— Нет! Проблема как раз таки в том, что я моногамна по природе, и мои чувства полностью зависят от партнёра. Если он ответит взаимностью, то мои чувства разгорятся как пожар. А если игнорировать — чувства со временем сойдут на нет. Так что тут всё зависит от тебя! — Она больше не смотрела на Макса, а сосредоточила всё своё внимание на карандаше в её руках.
Такого Локвуд не ожидал. Она снова действовала не «по плану». Это должно было вызвать раздражение, но он только смутился. Ведь она была откровенна с ним. И хотя такое игнорировать нельзя, Макс не знал, что сказать.
***
Поездка к родителям жертвы была выматывающей. Это было не самой любимой частью их работы. Для Эмили это было впервые, ей повезло, что с ней был Макс. Она стояла за ним и крепко сжимала блокнот с ручкой. Новость, что их дочь была жива всё это время и скончалась этой ночью — потрясла, измученных бесконечным ожиданием, родителей. Это было печально. И Эмили бы смогла абстрогироваться от этого чувства, если бы не загруженный мыслями Макс. Казалось, будто эта ситуация печалила его даже больше, чем родителей жертвы. Хейз не могла это игнорировать, но и не могла ничего сделать.
***
До дома Бенджамина Кало они добирались долго: он жил за чертой города, на отшибе, в одноэтажном доме. Строение казалось старым и ветхим, но таковым не являлось. Стены были из кирпичной кладки, на немногочисленных окнах были решетки, а изнутри наглухо зашторены тёмной тканью. Только старое кровельное покрытие не внушало доверия. Пока они осматривались у дома — с крыши упало несколько черепиц. Казалось, будто на земле её было больше, чем на самой крыше. Когда Макс постучал, дверь приоткрылась насколько, позволяла цепочка, а в проеме показался мужчина.
— Чего вам? — послышался его возмущенный голос, а взгляд его прищуренных глаз внимательно изучал нас.
— Мы из ФБР. Агенты Локвуд и Хейз. Вы мистер Кало? Мы хотим задать вам пару вопросов, можем мы войти? — он показал ему значок.
— А ордер у вас есть?
— Мы здесь из-за Кассандры Шульц. Кажется, вы очень хотели сотрудничать, когда велись её поиски. Так помогите нам — ответьте на пару вопросов.
Дверь закрылась, и послышался лязг металла. Через пару мгновений Бен выскользнул из-за двери и запер её снаружи. Он был чуть выше Эмили, легкая щетина и потрёпанная одежда придавала ему небрежный вид. От него слегка разило спиртным, на одежде были свежие следы майонеза. А на руке, ближе к локтю была марлевая повязка.
— Я буду «сотрудничать» здесь! — сказал он, указывая на порог и намекая, что в дом нас не впустит.
— Мистер Кало, где вы были этой ночью, с часу до трёх часов утра? — спросила Эмили, отмечая что-то в блокноте.
— Спал. А ты, красотка? — бесстыдно рассматривая её, спросил Бен и подмигнул.
— Не зарывайся! Иначе разговор продолжим не здесь! — рыкнул Макс. Кало поднял руки в примирительном жесте, но мерзкую улыбку с лица не убрал. — Этой ночью Кассандру нашли мертвой. Кто-нибудь может подтвердить, что ты был дома?
— Вы её наконец-то нашли? — он хмыкнул и, скрестив руки на груди, оперся о дверной косяк. — Я был один.
— Вы виделись с ней после её исчезновения?
— Нет! Как я уже говорил, мы переписывались. Договорились встретиться. Она не пришла. Пропала. И я её так и не встретил! Ни до, ни после её исчезновения! — медленно, с расстановкой ответил мужчина.
— Что у вас с рукой? — Эми ручкой указала на повязку под локтем.
— Собака укусила, — сказал он и накрыл повязку ладонью. — А что, хочешь поиграть в доктора и вылечить меня? — он сделал шаг к девушке, хищно облизывая губы и поигрывая бровями.
— Я тебе сейчас челюсть вылечу, если рот не закроешь! — Макс толкнул его рукой в плечо, припечатывая к двери.
— Кажется, вы уже собирались уходить. — Бен неотрывно смотрел в глаза Максу, и продолжал смотреть им вслед, когда они развернулись и пошли к машине.