К полуночи Витторио был готов. Он надел тёмный плащ, проверил револьвер Webley и спрятал стилет в рукаве. Фонарь лежал в кармане. Он оседлал лошадь и выехал из Асмэры, направляясь к маяку. Путь был знакомым, но каждый шорох в кустах заставлял его руку тянуться к оружию. Он привязал лошадь к сухому дереву у подножия и поднялся по узкой тропе, внимательно оглядывая окрестности. Витторио занял позицию за большим валуном, откуда мог видеть тропу, ведущую к маяку.
Ровно в полночь Деста Алемайеху появился со стороны скал. Он был один, его плащ колыхался на ветру, лицо оставалось спокойным, но глаза внимательно изучали окрестности. Деста остановился в нескольких шагах, его взгляд встретился с взглядом полковника.
— Полковник, — сказал он дружелюбным голосом. — Ты выполнил свою часть сделки. Мы довольны.
Витторио кивнул, стараясь скрыть напряжение.
— Где мои деньги? — спросил он.
Деста улыбнулся. Он сделал шаг вперёд и бросил к ногам Витторио кожаную сумку. Полковник наклонился, не сводя глаз с Десты, и открыл её. Внутри лежали аккуратно сложенные пачки долларов — пятьдесят тысяч, как и было обещано. Он провёл пальцами по купюрам, проверяя их на ощупь, затем закрыл сумку и выпрямился, чувствуя, как её тяжесть оттягивает руку.
— Это всё? — спросил Витторио, желая убедиться, что сделка завершена.
Деста помолчал, глядя на него, словно оценивая.
— На этот раз — да, — сказал он. — Но, возможно, мы ещё увидимся, полковник. В другом месте, в другое время. И тогда речь пойдёт о гораздо больших деньгах. — Он улыбнулся ещё шире. — Кто знает, что готовит судьба?
Деста повернулся и ушёл по тропе к скалам. Его фигура растворилась в темноте, оставив Витторио одного с сумкой в руках. Полковник вернулся к лошади, чувствуя, как адреналин всё ещё пульсирует в венах. Сумка оттягивала плечо, но её вес был приятным, осязаемым подтверждением того, что он пережил эту ночь.
Дома он опустил шторы и зажёг тусклую лампу. Сев за стол, он открыл сумку и начал пересчитывать деньги. Пачка за пачкой, он раскладывал купюры, проверяя каждую на свету. Пятьдесят тысяч долларов — сумма, которая могла изменить его жизнь. Он сложил деньги в тайник под половицей и закрыл доску, тщательно разгладив ковёр.
Но радость была мимолётной. Витторио знал, что игра не окончена. Засада в ущелье сделала его богатым, но также поставила под угрозу. В штабе уже начались разговоры о предательстве — кто-то выдал маршрут Де Боно, и подозрения витали в воздухе. Полковник, как военный, был связан долгом и не мог просто исчезнуть, но слова Десты о новой встрече и больших деньгах не выходили из головы. Что он имел в виду? Новый заговор? Более крупная сделка? Витторио лёг на койку, но сон не шёл. Мысли о Десте, его улыбке и тех, кто стоял за ним, кружились в голове.
На следующий день Витторио продолжил играть свою роль. Он присутствовал на совещаниях, выслушивал доклады о новых патрулях и результатах разведки, которая ничего не нашла. Он кивал, соглашался, отдавал приказы, но его мысли были заняты словами абиссинца. Пятьдесят тысяч долларов лежали в тайнике, но их тяжесть не успокаивала, а порождала новые вопросы. Деста ушёл, оставив намёк на будущее, и Витторио знал: такие люди, как он, не появляются случайно. Полковник чистил револьвер, проверял патроны, словно готовясь к новой встрече.
Глава 4
Жаркий июньский полдень 1936 года обжигал улицы небольшого городка близ Сарагосы. Временный штаб генерала Эмилио Мола, устроенный в бывшем складе винных бочек, был пропитан запахами старого дерева. На грубом столе, сколоченном из досок, лежали карты, покрытые карандашными линиями и пометками. Окна закрывали плотные занавески. Мола, высокий мужчина с резкими чертами лица, склонился над картой Арагона. Его пальцы двигались по линиям, отмечавшим позиции республиканцев. Напротив сидел полковник Антонио Кастельянос, один из самых надёжных командиров националистов в этом регионе. Кастельянос, моложе Мола, носил аккуратно выглаженную форму.
— Мы должны ударить здесь, — сказал Мола, указывая на узкую долину к северу от Эбро. — Если республиканцы закрепятся на этих холмах, они смогут обстреливать наши линии снабжения. Нам нужен стремительный прорыв, Антонио. Один удар, который разорвёт их оборону.