Вскоре после ухода Асфавы Тадессе вызвал ещё одного своего человека, старого разведчика Гебрейеса.
— Гебрейес, — сказал Тадессе, — мне нужно, чтобы ты следил за немецким консульством. Микаэль говорит, что у него есть контакт с Вёлькнером. Узнай, с кем они встречаются и о чём говорят. Если оромо играют на два фронта, я хочу знать об этом первым.
Гебрейес кивнул, его глаза блеснули пониманием.
— Я начну немедленно, господин.
— Будь осторожен, — добавил Тадессе. — Немцы не глупы, и их люди в городе за многими следят. Не выдай себя.
Гебрейес поклонился и исчез. Тадессе вернулся к карте, его пальцы снова пробежались по линиям. Итальянцы приближались, их силы концентрировались на границе, и Тадессе понимал, что времени мало. Он должен был использовать слухи о бегстве императора, чтобы сплотить людей вокруг себя, но без оромо и тиграи это было невозможно.
К вечеру Зэудиту прибыл в особняк.
— Фитаурари, — сказал Зэудиту, садясь, — ты звал меня. Что ты решил?
Тадессе наполнил кубки тэджем и сел напротив.
— Я хочу, чтобы тиграи были со мной, — сказал он. — Но я должен знать, насколько ты готов пойти навстречу. Оромо уже требуют посты, и я не могу дать всем всё, что они хотят. Если ты поддержишь меня, я дам твоим людям место в совете. Но мне нужна твоя армия, Зэудиту.
Зэудиту слегка улыбнулся.
— Ты хочешь мою армию, но не хочешь делить власть, — сказал он. — Тиграи не будут сражаться за слова. Назови посты, которые ты нам дашь, Тадессе. Министр обороны или губернатор Аксума. Это минимум.
Тадессе кивнул, обдумывая. Требования Зэудиту были такими же жёсткими, как у Микаэля. Он знал, что должен найти баланс.
— Я дам твоим людям пост губернатора Аксума, — сказал он. — Но взамен твои воины должны быть готовы выступить по моему приказу. Итальянцы близко, Зэудиту. Мы не можем позволить себе раздоры.
Зэудиту кивнул, его глаза сузились.
— Хорошо, — сказал он. — Но это только начало. Мои люди будут ждать большего. И следи за оромо, Тадессе. Они говорят с немцами. Если они предадут нас, я не буду молчать.
Тадессе кивнул, скрывая напряжение. Он знал, что Зэудиту прав: оромо могли стать проблемой. Но он также понимал, что тиграи не менее амбициозны. Он решил проверить их лояльность.
— Я слышал о твоих людях в Аксуме, — сказал Тадессе. — Они сильны, но говорят, что некоторые из них встречались с британцами. Это правда?
Зэудиту нахмурился, его пальцы сжали кубок.
— Слухи, — резко сказал он. — Мои люди верны мне. Если кто-то и встречался с британцами, это без моего ведома. Но я разберусь. А ты, Тадессе, следи за своими людьми. Оромо не единственные, кто может играть на два фронта.
Тадессе кивнул. Он знал, что Зэудиту не лжёт, но и не говорит всей правды. Тиграи были сильны, но их лояльность была под вопросом. Он решил усилить наблюдение за ними, как и за оромо.
— Я верю тебе, Зэудиту, — сказал он. — Но мы должны быть едины. Если тиграи и оромо начнут свои игры, итальянцы выиграют без боя. Давай договоримся: твои воины присоединяются к моим, и мы вместе держим Аддис-Абебу. Взамен я дам тебе Аксума и место в совете. Но я хочу, чтобы ты лично следил за своими людьми. Никаких встреч с иностранцами без моего ведома.
Зэудиту посмотрел на него и кивнул.
— Согласен, — сказал он. — Но я тоже хочу гарантий. Если оромо получат больше, чем мы, тиграи не будут молчать. Помни это, Тадессе.
Тадессе согласился. Он знал, что баланс между оромо и тиграи будет сложным, но необходимым. Он должен был удержать их обоих, не давая никому перевеса.
После ухода Зэудиту Тадессе вернулся к карте. Он знал, что должен действовать быстро. Итальянцы приближались, и слухи о бегстве императора подтачивали моральный дух. Он решил отправить ещё одного человека, своего старого друга и советника Бекеле, в провинции, чтобы оценить настроения местных вождей. Бекеле был человеком, который умел говорить с людьми, не вызывая подозрений, и его доклады могли дать Тадессе ясную картину.
— Бекеле, — сказал Тадессе, когда тот вошёл, — отправляйся в Харар и Аксума. Узнай, что думают местные вожди. Говорят ли они о немцах, британцах или итальянцах? И будь осторожен — я не хочу, чтобы тебя заметили.
Бекеле кивнул.
— Я сделаю всё, господин. Но если оромо или тиграи уже ведут переговоры с иностранцами, что мне делать?