Франко откинулся в кресле, глядя на карту. Он знал, что его положение ухудшается с каждым днём, но сдаваться не собирался. Разговор с Герингом подтвердил его худшие опасения: он был брошен. Германия, Италия, даже Португалия Салазара — все они оставили его один на один с врагом. Но Франко был человеком упрямым. Он верил, что воля и дисциплина могут переломить ход войны. Он начал обдумывать, как организовать партизанские операции, как укрепить ключевые позиции, как найти ресурсы, несмотря на блокаду.
Вечер опустился на Севилью. Франко сидел за столом, обдумывая свои следующие шаги. Его решимость оставалась непоколебимой. Испания была его целью, и он не собирался отступать, даже если весь мир от него отвернулся.
Глава 5
Солнце заливало Аддис-Абебу золотистым светом, пробиваясь сквозь густую листву пальм, окружавших резиденцию бригадного генерала Витторио Руджеро ди Санголетто. Лёгкий ветер шевелил тонкие занавеси в высоких окнах кабинета, где генерал сидел за широким столом, заваленным картами, списками и донесениями. Фарфоровая чашка с кофе, поданная на серебряном подносе, давно остыла, пока он изучал отчёт о ночных патрулях. Город казался спокойным, но это было затишье перед бурей: рынки, переулки и церкви бурлили слухами о мятежниках, хотя пока всё оставалось под контролем. Мысли Витторио возвращались к трём оромо в тюрьме, к их дерзкому старейшине и к возможностям, которые они открывали.
Стук в дверь прервал его размышления. Вошёл лейтенант Марко в выглаженном мундире, но круги под глазами выдавали ночь, проведённую в поисках связей с оромо.
— Господин генерал, — начал Марко, — я нашёл человека. Важного. Его зовут Абебе Келеле, богатый торговец из народа оромо. У него несколько лавок на рынке и два кафе в Аддис-Абебе. Он знает тех троих, что сидят в тюрьме.
Витторио отложил перо и откинулся в кресле, внимательно глядя на лейтенанта.
— Что он говорит о них? — спросил генерал, прищурившись.
— Они из бедных семей, — ответил Марко. — Никто не станет платить выкуп. Их родня едва сводит концы с концами, а вожди, похоже, не считают их достаточно важными, чтобы вмешиваться. Но Абебе хочет встретиться с вами. У него есть предложение.
Витторио кивнул, его губы тронула едва заметная улыбка. Бедняки в тюрьме могли быть бесполезны для выкупа, но этот Абебе Келеле, богатый оромо, был ниточкой, которую стоило потянуть. Если он действительно влиятелен, его предложение могло принести деньги, связи или даже влияние на местных вождей. Генерал знал, что в Абиссинии всё строилось на сделках, и тот, кто умел их заключать, держал в руках настоящую власть.
— Пригласи его сюда, — сказал Витторио, поднимаясь и поправляя мундир. — Но сначала обыщи его. Тщательно. Никаких ошибок, Марко. Раз он из оромо, он может быть связан с мятежниками.
Марко кивнул и вышел, оставив генерала одного. Витторио подошёл к окну, глядя на двор, где солдаты чинили грузовики, а несколько местных слуг в белых одеждах подметали дорожки, выложенные потрескавшимся камнем.
Через час Марко вернулся, сопровождая Абебе Келеле. Торговец оказался невысоким, но крепко сбитым мужчиной лет пятидесяти с аккуратно подстриженной бородой и проницательными тёмными глазами. Его одежда — белая туника с тонкой вышивкой по краям и лёгкие хлопковые брюки — была удобной для знойного дня и выдавала достаток. Двое солдат, стоявших у входа, доложили, что обыскали гостя: оружия не нашли, лишь небольшой кожаный кошель с монетами и несколько свёрнутых бумаг, которые Марко забрал для проверки. Витторио жестом указал Абебе на стул напротив стола, а сам остался стоять, сохраняя дистанцию.
— Господин генерал, — начал Абебе на ломаном итальянском, — я благодарю за возможность говорить с вами. Я знаю тех людей в вашей тюрьме. Они… никто. Бедняки, без семьи, без имени. Их никто не выкупит.
Витторио внимательно слушал, скрестив руки на груди. Он заметил, как Абебе слегка сжал пальцы, когда упомянул мятежников, — едва уловимый жест, но достаточный, чтобы генерал насторожился. Этот человек был не так прост, как хотел казаться.
— Если они никто, зачем ты здесь? — спросил Витторио, медленно обходя стол и останавливаясь у карты Абиссинии, висевшей на стене. Его пальцы скользнули по красным линиям, отмечавшим гарнизоны и дороги.
Абебе улыбнулся, обнажив белые зубы, но его глаза остались серьёзными. Он наклонился чуть ближе, словно собираясь поделиться секретом. — Я торговец, господин генерал. У меня лавки на рынке — ткани, специи, зерно. Два кафе в центре города, где собираются люди. Я знаю, что нужно, чтобы дела шли хорошо. Но в Аддис-Абебе всё непросто. Мне нужен покровитель, кто-то, кто защитит мои дела от проблем: от мятежников, от других итальянцев, от налогов. Я готов платить. Часть прибыли — каждый месяц. И ещё я предлагаю свои услуги.