Все расходились довольными. Лоренцо проводил Бальбо в апартаменты, пожелав спокойной ночи.
— Отличный вечер, маршал. Абиссиния меня впечатляет, — сказал Бальбо.
— Спасибо. До завтра, — сказал Лоренцо.
На следующий день после Рождества кортеж выехал на инспекцию в земли Оромо. Утро выдалось ясным, солнце освещало дорогу, ведущую из Аддис-Абебы в провинцию. Бальбо сидел в главном автомобиле — черном седане с открытым верхом, с адъютантами и инженером. Витторио ехал в задней машине с охраной. Солдаты с винтовками сидели, осматривая окрестности. Дорога вилась между холмами, мимо полей кофе и деревень с глинобитными домами.
Кортеж состоял из трех автомобилей: первый с Бальбо за рулем водителя в форме, второй с Витторио и охранниками, третий с дополнительной охраной. Мотоциклисты ехали впереди и сзади. Бальбо курил сигару, указывая на поля:
— Эти плантации кофе — ключ к богатству. В Ливии мы ввели квоты, и доходы удвоились.
Витторио отвечал по радио из задней машины:
— Здесь мы собрали рекордный урожай.
Они проехали несколько километров, обсуждая отчеты. Бальбо спросил:
— Как вы справляетесь с мятежниками? В Ливии мы использовали авиацию.
— Аналогично. Наши отряды патрулируют всю территорию, — ответил Витторио.
Солнце поднималось выше, нагревая воздух, птицы летали над холмами. Водитель главного седана сбавил скорость на повороте. Витторио, зная, что впереди ждет засада, слегка напрягся, но внешне оставался спокоен — план был прост: нападавшие должны были сосредоточиться на Бальбо, а его легко ранить, чтобы отвести подозрения.
Вдруг раздался оглушительный взрыв впереди — земля вздрогнула с такой силой, что седан подпрыгнул, передние колеса провалились в глубокую воронку, а осколки камня и пыли хлестнули по кузову. Дым поднялся черным столбом, застилая солнце, и воздух наполнился запахом горелой земли и пороха. Машина замерла, мотор заглох, водитель выругался, хватаясь за руль, его лицо покрылось пылью. Кузов главного седана накренился, металл заскрипел, а из-под капота повалил густой пар, смешанный с запахом перегретого масла. Бальбо схватился за борт, его сигара выпала, и он закашлялся от едкого дыма, проникающего в легкие. Адъютант рядом закричал, пытаясь открыть дверь, но её заклинило.
Не успели солдаты опомниться, как грянул второй взрыв сзади — он разорвал третью машину пополам, металл скрежетнул с душераздирающим визгом, шины лопнули с громкими хлопками, и задняя часть автомобиля взлетела в воздух, перевернувшись в полете с оглушительным грохотом. Осколки разлетелись во все стороны, впиваясь в землю и кусты, а бензин вытек, вспыхнув мгновенно — пламя взметнулось оранжевым столбом, облизывая куски металла. Охранники вылетели из сидений, их тела кувыркнулись по дороге, крики смешались с грохотом обвала камней с холма. Один солдат приземлился на спину, его винтовка отлетела в сторону, и он завыл от боли, сломав ногу; другой ударился головой о камень, кровь хлестнула из рассеченного лба. Дым клубился, слепя глаза, и запах горелой резины распространился по округе.
Третий взрыв, коварный и точный, ударил сбоку, осыпав главный седан градом осколков — стекла разлетелись вдребезги с хрустальным звоном, мелкие кусочки вонзились в кожу, оставляя кровавые следы на лицах и руках пассажиров. Один осколок пронзил щеку адъютанта, он заорал, хватаясь за лицо, кровь текла между пальцами. Солдаты выскочили с оружием, кашляя от дыма, их винтовки дрожали в руках, но видимость была нулевой, а земля все еще тряслась от эха, поднимая новые облака пыли. Мотоциклист впереди попытался развернуться, но его машина заскользила по свежей воронке, и он рухнул, мотор заглох с жалобным воем.
Из кустов вырвались фигуры в масках — шестеро мужчин, вооруженных автоматами. Они открыли огонь по главной машине, пули засвистели, впиваясь в металл с глухими ударами, рикошетя от дверей и оставляя вмятины, одна из них пробила капот, и пар вырвался из радиатора с шипением, смешиваясь с дымом. Другая очередь прошила боковую дверь, металл прогнулся внутрь, и инженер, сидевший сзади, дернулся — пули вошли в бок, разрывая мышцы и ребра, кровь брызнула на сиденье, он захрипел, пытаясь вдохнуть, и осел, тело обмякло.
Бальбо пригнулся, но пуля нашла его — она вошла в плечо, разрывая ткань куртки и мясо, кровь хлынула, окрашивая сиденье. Он зарычал от боли, хватаясь за рану. Вторая пуля ударила в бедро, мышцы разорвало, кость треснула, и он завыл, пытаясь отползти вглубь машины, но третья очередь настигла — одна вошла в спину, пробив легкое, другая в шею, артерия лопнула, и кровь фонтаном хлестнула на лобовое стекло. Бальбо дернулся, глаза расширились от шока, он схватился за горло, хрипя, но четвертая пуля вошла в грудь, разрывая сердце, и он затих, тело обмякло, голова ударилась о приборную панель с глухим стуком.