Поездка заняла меньше двадцати минут. Дождь усилился, дворники работали без остановки. У ворот резиденции часовые подняли шлагбаум, не спрашивая документов. Во дворе машина остановилась прямо у подъезда. Высокий сопровождающий вышел первым и проводил Кэндзи до дверей. В вестибюле было тепло и сухо. На втором этаже их уже ждали. Дверь кабинета была приоткрыта.
Накамура стоял у стола и что-то подписывал. На нём был тот же полевой китель без единого ордена, как и при их предыдущей встрече. Увидев Кэндзи, он отложил перо, вышел навстречу и протянул руку с широкой улыбкой.
— Доброе утро, Ямада-сан. Рад вас видеть. Проходите, пожалуйста.
Они пожали руки. Накамура указал на кресло у низкого столика. Сам сел напротив. Адъютант принёс чай и сразу вышел, закрыв за собой дверь.
Накамура налил чай в обе чашки и пододвинул одну Кэндзи.
— Вы вряд ли стали бы просить о срочной встрече просто так, — сказал он с лёгкой улыбкой. — Я слушаю вас.
Кэндзи взял чашку, но не пил. Он смотрел прямо на собеседника.
— Накамура-сан, я пришёл с очень серьёзным делом. Но прежде чем я расскажу, я хочу попросить об одном. Человек, который мне сообщил эту информацию, сделал это из чувства долга. Он не участник никакого заговора. Он просто услышал и не смог промолчать. Прошу вас: пусть он не пострадает. И его родственник тоже.
Накамура кивнул сразу, без раздумий.
— Обещаю. Ни один волос не упадёт с их головы. Говорите.
Кэндзи достал из кармана записку, положил её на стол между ними и начал рассказывать. Спокойно, последовательно, не торопясь. Он назвал имя Исикавы, рассказал о брате-полковнике, о том, что тот приезжал в гости, о сакэ, о случайно обронённых словах. Он повторил всё, что запомнил: что группа офицеров считает Накамуру слишком мягким, что называют его американской марионеткой, что планируют покушение в ближайшие дни, может быть, недели. Он не добавлял ничего от себя, не комментировал, не делал выводов. Только излагал факты.
Накамура слушал его, не перебивая. Один раз он взял запил записку, развернул, прочитал адрес и телефон, потом положил её обратно. Когда Кэндзи закончил, в кабинете повисла тишина. Дождь за окном стучал по стёклам.
Первым заговорил Накамура.
— Спасибо, Ямада-сан. Вы только что спасли мне жизнь. И, возможно, спасли страну от нового витка смуты.
Он встал, подошёл к столу, взял трубку телефона и набрал две цифры.
— Полковника Хасимото ко мне. Немедленно. И майора Фукуду из контрразведки. Обоих.
Потом вернулся и сел.
— Человека, который вам рассказал, нужно не наказывать, а наградить. Я лично позабочусь, чтобы ему и его брату ничего не угрожало. Более того, я хочу встретиться с этим учителем. Поблагодарить его. И с полковником тоже поговорю. Если он не участвовал в заговоре, а просто слышал, он поможет нам быстрее найти этих людей.
Кэндзи кивнул. Он всё ещё держал чашку в руках, но так и не сделал ни глотка.
Накамура посмотрел на него внимательно.
— Вы сделали очень трудный выбор, Ямада-сан. Многие на вашем месте промолчали бы. Или просто спрятались. А вы пришли сюда. Это говорит о многом. Вы настоящий патриот. Вы думаете не о себе, а о будущем страны. И я рад, что у Японии есть такие люди, как вы. Вы для меня не просто один из журналистов. Вы мой друг. И я это говорю вам, полностью отдавая отчёт своим словам.
Он снова встал, подошёл к Кэндзи и протянул руку. На этот раз не просто для рукопожатия — он положил вторую руку сверху и сжал крепко.
— Спасибо вам. От всего сердца.
В этот момент дверь открылась. Вошли двое: высокий полковник в форме и майор в штатском костюме. Накамура отпустил руку Кэндзи и повернулся к ним.
— Полковник Хасимото, майор Фукуда. Вот адрес и телефон. Полковник Исикава, казармы Итигая. Немедленно привезите его сюда. Тихо, без шума, ничего не объясняя его руководству. И привезите его брата, учителя. К обоим следует проявить уважение и обходиться как с дорогими гостями.
Офицеры поклонились и вышли.
Накамура вернулся к Кэндзи.
— Всё будет сделано быстро и аккуратно. Через два-три часа я уже буду знать имена заговорщиков. А к вечеру, надеюсь, все они будут под арестом. Хочу, чтобы всё прошло без лишнего шума. И без крови, если получится.
Кэндзи встал.
— Я могу идти?
— Конечно. Машина отвезёт вас обратно. И ещё раз — спасибо. Если вам когда-нибудь что-то понадобится — звоните прямо мне. В любое время дня и ночи.
Они вышли в коридор. Тот же сопровождающий ждал Кэндзи у лифта. Они спустились вниз. Дождь уже почти кончился, только капли падали с крыши. Машина стояла у подъезда. Кэндзи сел, дверца закрылась, и они поехали.