— Опять в город? — спросила она тихо, садясь на стул и положив руку на живот.
— Да, — ответил он. — Важное дело. Вернусь к магрибу, иншааллах. Ты отдыхай сегодня. Фатима поможет с готовкой.
Она кивнула. Знала, что спрашивать дальше не нужно. С тех пор, как он принял ислам и женился на ней, она видела, как он меняется: от бывшего сахиба, живущего на пенсию, к человеку, который помогает своей новой общине. Она не боялась — Аллах защитит их, говорила она себе.
Абдул Хаким взял велосипед, стоявший во дворе под навесом, и поехал по песчаной дороге к Виле-Парле. Дорога вилась между пальмами и полями, где крестьяне уже работали: женщины в цветных сари пололи рис, мужчины вели буйволов. Проехал мимо новых бунгало. Богатые семьи из центра Мумбаи строили дома здесь, подальше от шума и пыли.
В Виле-Парле он оставил велосипед у знакомого чайвальи — старика, который продавал чай и самсу у станции. Заплатил ему пару анн, чтобы присмотрел, и сел в рикшу. Возница был молодой парень из Бихара, худой и быстрый.
— Куда, бабу?
— За Махим, к старым складам у канала. Знаешь это место?
Парень кивнул и тронулся. Они поехали по главной дороге — С. В. Роуд, мимо рынков в Махиме, где торговцы раскладывали овощи и фрукты: горы помидоров, баклажанов, связки бананов. Трамваи звенели, лошади тянули телеги, люди спешили в конторы. Город жил обычной жизнью: после июльских беспорядков всё утихло, полиция патрулировала уже меньше, а люди чинили дома и возвращались к работе.
Рикша свернул на боковую дорогу за Махимом, где начинались заброшенные склады. Место было пустынным, большие ангары из рифлёного железа стояли с ржавыми стенами, крыши провалились в некоторых местах. Когда-то здесь хранили хлопок для экспорта, но после кризиса двадцать девятого года многие закрылись. Рядом находился канал с тёмной водой, заросший травой, и несколько пальм. Днём здесь редко кто появлялся — разве что мальчишки ловили рыбу или рыбаки чинили сети.
Рикша остановился у поворота.
— Дальше не поеду, бабу. Колёса увязнут в грязи.
Абдул Хаким заплатил, взял мешок и пошёл пешком по грунтовой дороге. Подошёл к одному из складов — среднему по размеру, с боковой деревянной дверью. Огляделся внимательно: вокруг никого не было.
Он толкнул дверь, и она открылась с лёгким скрипом. Замок был сломан уже давно, и никто его не чинил. Внутри было темно, прохладно, пол покрыт толстым слоем пыли и заставлен старыми ящиками. Абдул Хаким прошёл в дальний угол, где доски пола были уложены иначе. Присел, поднял одну доску — она была подпилена заранее, чтобы легко сниматься. Под ней открылся лаз в подвал: неглубокий, около двух метров, с кирпичными стенами и сухим полом. Когда-то это было хранилище для ценных товаров.
Он спустился по короткой лестнице из трёх ступенек, поставил мешок на пол рядом с другими — там уже лежало пять или шесть подобных, аккуратно сложенных в ряд. Всё было в порядке: сухо, ничего не тронуто. Он развязал новый мешок, ещё раз проверил содержимое. Потом положил его к остальным, сверху прикрыл старой тканью для маскировки.
Склад идеально подходил: далеко от жилых кварталов, но недолго добираться. Он приходил сюда один, всегда в разное время и всегда менял рикш.
Закончив, он поднялся, опустил доску на место, разровнял пыль ногой, чтобы не осталось следов. Вышел из склада, закрыл дверь плотно и пошёл обратно к дороге.
По пути обратно заехал в мечеть в Бандре. Помолился, потом посидел с имамом в маленьком кабинете за чаем. Имам, старик с белой бородой, спросил о жене — все в общине знали, что роды близко.
— Держится, машаллах, — ответил Абдул Хаким. — Доктор сказал, всё хорошо.
— Иншааллах, сын будет, — улыбнулся имам. — Юсуф — благословенное имя.
Они поговорили о медресе: дети из общины учились хорошо, несколько мальчиков уже знали Коран наизусть. Абдул Хаким помогал с уроками по пятницам, когда имам был занят.
К четырём часам он вернулся на Джуху. Солнце стояло высоко, но ветер с моря делал жару терпимой. Дети играли на пляже. Аиша сидела на веранде под тенью, вязала маленькую шапочку для будущего ребёнка.
Он сел рядом, взял стакан с водой.
— Как прошёл день? — спросила Аиша.
— Хорошо, — ответил он. — Всё сделал. Теперь можно спокойно ждать.
Она положила руку ему на плечо.
— Я рада, что мы здесь. В этом доме. Море рядом, воздух чистый. Для ребёнка тут лучше.
Он кивнул, глядя на детей. Море блестело под солнцем, волны накатывали на берег. Вдали виднелись паруса рыбацких лодок — они возвращались с уловом.