Потом он повернул на север и вскоре вошёл в Центральный парк через один из южных входов. Осень здесь была особенно красивой: аллеи усыпаны листьями, деревья стояли в золоте и багрянце. Люди гуляли парами, матери катали коляски, старики кормили голубей на скамейках. Джейкоб шёл неспешно по главной аллее, иногда сворачивая на боковые дорожки. Он прошёл мимо карусели, где дети катались под музыку, остановился у пруда, где плавали утки и маленькие лодки с гребцами. Дальше пошёл к фонтану Бетесда с ангелом наверху, где всегда собирались фотографы и художники.
Парк был большим, и Джейкоб провёл в нём почти два часа, просто гуляя и наблюдая за людьми. Он сел на скамейку у газона, где группа молодых людей играла в фрисби, и просто посидел, глядя на небо. Потом продолжил путь к северному выходу, вышел на Пятую авеню и пошёл вдоль неё на юг.
Пятая авеню была улицей роскоши: тут были большие магазины с огромными витринами, отели с швейцарами в униформе, дорогие автомобили у тротуаров. Джейкоб зашёл в один из магазинов — просто чтобы посмотреть. Поднялся на эскалаторах на верхние этажи, прошёлся по отделам мужской одежды, книг, грампластинок. Полюбовался новыми моделями радиоприёмников, но ничего не купил.
Когда часы показали около четырёх, он почувствовал голод и зашёл в небольшое кафе на боковой улице недалеко от вокзала. Заказал кофе, тарелку супа и маленькую пиццу, съел медленно, читая газету, которую купил утром. За соседними столиками сидели служащие, обсуждавшие дела, и туристы с картами города.
После кафе Джейкоб снова вышел на улицу. Прошёл по Бродвею, где уличные артисты уже собирали небольшие толпы: музыканты играли на гитарах и саксофонах, фокусники показывали карточные трюки, художники рисовали портреты прохожих. Он остановился послушать джазовый квартет — молодые ребята играли бодро, и вокруг все бросали монеты в шляпу.
К пяти часам он вернулся на Пеннсилванский вокзал. Теперь зал был ещё полнее: вечерние поезда на юг и запад всегда собирали много пассажиров. Джейкоб проверил табло — его поезд до Вашингтона стоял на указанном пути, посадка уже началась.
Он прошёл через контроль билетов, спустился на перрон. Поезд был длинным и современным: серебристые вагоны с надписью «Pennsylvania Railroad», паровоз впереди выпускал клубы пара. Кондукторы в форменных фуражках помогали пассажирам с багажом, носильщики подносили чемоданы. Джейкоб нашёл свой вагон второго класса, вошёл и занял место у окна, как указано в билете. Портфель он поставил на верхнюю полку.
Вагон постепенно заполнялся. Напротив него села семья из четырёх человек: отец в костюме, мать в платье и пальто, сын лет десяти и дочь помладше. Рядом — пожилая пара, тихо переговаривавшаяся. Дальше по проходу расположились несколько мужчин в деловых костюмах, раскрывавшие газеты и укладывающие портфели. Джейкоб кивнул соседям, когда те устраивались.
Ровно в шесть вечера поезд тронулся. Сначала медленно выехал из-под свода вокзала в туннель, потом набрал скорость и вышел на открытое пространство. За окном быстро темнело — октябрьские дни были короткими. Огни Нью-Йорка мелькнули и исчезли, поезд пошёл через Нью-Джерси: поля, небольшие города, редкие станции с платформами.
Попутчики начали разговаривать. Мужчина напротив, торговец тканями из Филадельфии, представился как мистер Харрис. Он ехал в Вашингтон на встречу с поставщиками и спросил Джейкоба о цели поездки.
— Дела, — ответил Джейкоб коротко, но улыбнулся. — Ненадолго.
Разговор завязался легко. Сначала о погоде — осень в этом году была приятной, без ранних заморозков. Потом о городе: Харрис рассказал, как Нью-Йорк растёт, новые небоскрёбы появляются один за другим. Джейкоб поделился наблюдением о том, как Манхэттен меняется с каждым годом.
Пожилая женщина рядом достала вязание и присоединилась. Она ехала к дочери в Вашингтон и спросила о последних новостях. Разговор перешёл на бейсбол — сезон подходил к концу, и все обсуждали шансы команд. Отец семейства рассказал, как недавно водил детей на матч «Доджерс», и мальчик с восторгом вспомнил, как видел Вана Лингла Мунго на питчерской горке.
Дети слушали, иногда вставляя свои реплики. Девочка спросила Джейкоба, любит ли он бейсбол, и он ответил, что да, иногда ходит на игры в Эббетс-Филд. Это вызвало новый виток разговора — о лучших игроках сезона, о том, как «Янкиз» снова доминируют.