Маршрут начался вполне привычно: коридор, шлюз, откачка воздуха, открытие гермодверей и лёгкий толчок вперёд - весь воздух откачать всё равно не получается и он устремляется наружу, толкая марсианина вперёд. Затем выход на истоптанную следами поверхность - не только Макс выходит со станции по рабочей необходимости.
Идти техник решил в ту сторону, в которую пронеслась песчаная буря две недели назад. Нужно успеть вернуться к прилёту девчат, завести себе, наконец, марсианочку, а то расхватают всех, пока вернётся.
Шаг за шагом Макс удалялся от базы всё дальше. Металлоискатель перестал попискивать, обнаруживая металлические каркасы сооружений. На ржавую пыль Марса он не реагировал. Специальная разработка.
Идти приходилось зигзагом, чтобы просканировать как можно большую территорию. Местность напоминала пустыню в Мексике. Не хватает только кактусов. Учёные обещают начать терраформирование сразу же, как только научатся создавать или усиливать магнитное поле целой планеты. С тем, которое есть, ничего не выйдет, даже если генетически изменить растения. Атмосфера всё равно сдувается Солнцем. Потом уже можно будет и кактусы посадить.
Вдруг откуда-то с Востока, прямо оттуда сейчас шёл Макс, полетели рыжие пылинки. Это слегка насторожило техника, он обернулся. Главная опасность здесь помимо радиации и метеоритов - песчаные бури. Ему очень не хотелось бы во время поисков пульта контроля роботов пропасть самому и стать первым трупом колониста.
Не успел он об этом подумать, как, обернувшись, увидел, что за частицами пыли появилась стена песка, неумолимо приближавшаяся к нему. Жилин не испугался, страх приходит обычно уже после его причины. Однако среагировать успел - прыгнул за камень, возвышавшийся неподалёку. Фронт бури пролетел мимо, затормозив о камень.
Осмотревшись по сторонам, Макс понял, что видимость сейчас не больше двух метров. Марсианский песок летел с дикой скоростью. Теперь Максим понимал, почему выход из купола в вечернее и утреннее время разрешён только в экстренных ситуациях. В это время часто дуют сильные ветра, об этом он вспомнил лишь сейчас и сильно пожалел, что вышел наружу без одобрения. Заложенная с детства привычка не спрашивать разрешения сделать что-либо не впервые сыграла с ним злую шутку.
Металлоискатель и сапёрная лопатка куда-то исчезли, очевидно, во время прыжка за камень он бросил их. Слишком быстро пришлось действовать.
Шла минута за минутой. Час за часом, а буря не прекращалась. Ноги Макса уже затекли от пребывания в одном положении. Пошевелиться было страшно - камень закрывал лишь крохотный участок поверхности, в котором можно было укрыться. В голову стали закрадываться нехорошие мысли.
Найдут ли его? Будут ли искать? Что кончится раньше - батарея, восстанавливающая кислород или буря?
Связаться с базой не удавалось - песчаная буря создаёт сильные помехи для радиосвязи.
Оставалось только лежать и ждать благополучного конца, надеясь, что его не отстранят от работы за такой проступок.
Неожиданно буря прекратилась. Недолго думая, Макс тут же вскочил из своего укрытия и собирался бежать со всех ног на базу, не дожидаясь пока буря вновь начнётся. Но не тут-то было, оказалось, что буря вовсе не собиралась прекращаться, это было лишь кратковременное затишье. Секундная пауза, за которой вновь двигалась волна песка и пыли. Она тут же подхватила техника и понесла за собой.
На этот раз Максим испугался по-настоящему. Кровь мгновенно наполнилась адреналином, сердце стучало быстрее, чем у испуганного кролика. Верх и низ перестали существовать. Жилин катился кубарем, не в силах противостоять потоку частиц песка и пыли.
Внезапно он почувствовал резкую боль в спине, в глазах потемнело. Его приложило о какой-то камень, который он даже не успел разглядеть. Его несло дальше и дальше, он не мог зацепиться за поверхность, она была слишком рыхлой. Всё, что ему оставалось - это беспомощно скользить по поверхности красной планеты. Боль в спине лишь усиливалась от многочисленных переворотов и падений. Максим превратился в подобие африканского перекати-поля, продвигаясь таким образом дальше и дальше вместе с бурей. Потерять сознание из-за боли ему не давала лишь огромная порция адреналина в крови. Скафандр лишь каким-то чудом не разгерметизировался, немного смягчая удары о поверхность.
Боль. Однозначно, боль была причиной его пробуждения. Глаза начали видеть несколько позже. Первым, что они увидели, была жёлтая пелена, сквозь которую сочился яркий свет. Мысли в голове были перепутаны как во сне. Трудно было понять, что происходит, да и вообще осмыслить своё существование. Еле-еле разжав губы Макс произнёс слабым голосом:
- Что происходит... Есть ли я вообще... Я мыслю, следовательно существую... - сумел он вспомнить когда-то услышанное выражение. Оно помогло прийти ему в чувство.
Стоило лишь немного пошевелиться, как сразу стало ясно, что жёлтая пелена перед глазами всего лишь песок, насыпавшийся на шлем. С огромным усилием подняв руку и стряхнув его, Макс прищурился - в глаза ударил яркий свет. Попытался встать. Понял, что не сможет. Подняв вторую руку, увидел в ней откуда-то взявшийся пульт контроля роботов, прикреплённый к стойке. "Нашёл!" - промелькнула радостная мысль в голове.
- Вы в критическом состоянии. Пожалуйста, возвращайтесь на базу, - прозвучал приятный женский голос компьютера в шлеме.
Пролистав с помощью языка и специальной панели данные, выводимые на забрало шлема, Макс понял, что проснулся только из-за стимуляторов, введённых в кровь автоматикой скафандра, заподозрившей неладное. Связи не было. Шкала, показывавшая уровень сигнала, мигала красным. Или антенну повредило или далеко унесло. Оба эти варианта пугали.
Нужно было двигаться на базу. Но как ни грустно это было, ноги почему-то не слушались и вообще не ощущались. С трудом Жилин перевернул себя на живот, чтобы суметь хотя бы ползти. Пульт управления, после отделения от стойки, был небрежно закинут в рюкзак на спине. Стойку сперва хотелось выкинуть, но потом Макс решил с её помощью двигаться, отталкиваясь от поверхности на манер весла или трости.
Труднее всего дались не первый и не последующий "шаги". Труден был каждый толчок стойкой. Несмотря на кучу стимуляторов и обезболивающих введенных в организм скафандром, боль давала о себе знать. Говорят, человек не может ощутить сильную боль в нескольких местах одновременно. На Макса это правило почему-то не действовало. Болело всё. Каждый метр давался с трудом. Бесчувственные ноги волочились по земле, словно хвост русалки - такие же бесполезные они были теперь на суше.
Однообразный марсианский пейзаж пугал. Максим не знал, в какую сторону нужно ползти. Он просто доверился своим чувствам. Подсознание почему-то всегда лучше определяет куда двигаться, чем разум.
Преодолев около сотни метров, Жилин остановился, чтобы перевести дыхание. Всё-таки он был не в такой уж хорошей физической форме - в спортзал, имеющийся на базе, он не ходил. Слишком много работал. Головой.
Единственным плюсом была слабая гравитация Марса, но она сейчас почему-то казалась ничуть не меньше земной.
Немного передохнув, он вновь двинулся вперёд. Теперь, немного приспособившись к передвижению с помощью палки, он решил преодолеть хотя бы "шагов" двести, прежде чем отдохнуть. Но не тут-то было. Эти сто дались ещё тяжелее, после которых пришлось вновь делать перерыв.
Языком Макс нащупал специальную трубочку в скафандре для питания. Нужно немного перекусить нагрудным пайком и выпить немного воды. Несмотря на тяжёлое состояние, организм требовал порцию калорий для продолжения работы.