Встретиться с ним удалось только вечером, в обстановке его простого кабинета на дому, так как он только покончил со своими кординаторскими обязанностями. Это была переделанная в приёмную однокомнатная квартира в многоэтажном доме, оформленная в спокойном офисном стиле. Приглушённые тона, светлая мебель и запах лазерной печати пополам с кофе. Центр переговорной комнаты занимал круглый стол, на стене висела интерактивная доска для работы, стену напротив занимал шкаф с книгами, а в углу у шкафа ютился буфет. Присмотревшись, Юрий заметил, что книги эти, очевидно, были личным хобби хозяина: здесь были собраны целые серии редких изданий.
Анатолий Николаевич Карпенко был полноватым человеком в годах, невысокого роста, с залысиной посередине головы, напоминающей тонзуру, мясистым лицом и носом картошкой. Растительность на лице он явно не жаловал. А уши врастопырку делали бы его этаким смешным аляповатым старичком, если бы не его глаза. Искрящиеся бездонно голубые глаза казались полны энергии, как колодцы, наполненные молниями.
– Здравствуйте, Юрий Афанасьевич, рад наконец-то увидеть вас в живую, – начал он зычным басом, который не соответствовал его габаритам.
Пройдя к буфету, он предложил гостям напитки.
– Здравствуйте, Анатолий Николаевич, позвольте представить вам Игоря Николаевича Клименко, – сказал Юрий, пожимая руку Анатолию и присаживаясь.
– Здравствуйте, Анатолий Николаевич, заочно мы уже знакомы. Наше управление рассматривает возможность применения некоторых из ваших роботов, – сказал Игорь Николаевич, потирая руку после железной хватки Клименко.
– Очень приятно, и давайте без формальностей – подтвердил Анатолий.
– Хорошо Я хотел бы, чтобы вы продемонстрировали Игорю то, что показывали мне при нашем последнем разговоре, – перешёл к делу Юрий.
– То, за что Зубатов окрестил меня безумцем? Много он понимает, этот Зубатов, – проговорил Клименко с явным пренебрежением, – Компьютер, выведи презентацию по “Небесному крану”.
Компьютер вывел изображение на интерактивную доску и приятный голос диктора стал комментировать появлявшиеся слайды и видео:
“Ещё в 2009 году омские инженеры разработали проекты дирижаблей-гигантов с принципиально переработанной система контроля спуска. Это были проекты дирижаблей с грузоподъёмностью тысяча пятьсот и две тысячи пятьсот тонн. К сожалению, в то время инвесторов не удалось убедить в необходимости строительства подобного транспорта. В наше время, когда дирижаблестроение переживает второе рождение, мы возвращаемся к этой теме. Доставка грузов в малонаселённые и труднодоступные районы, необходимость освоения природных ресурсов Сибири, новые большие стройки – всё это бросает вызов привычным способам транспортировки. Представляем вам проект “Небесный кран””.
На экране появилась модель круглого линзовидного дирижабля диаметром около 70 метров.
“Небесный кран представляет собой переосмысление концепции дирижабля с точки зрения новых технологий. Все современные дирижабли имеют модульную конструкцию и выполнены из композитных материалов, обеспечивающих прочность и надёжность, но они все приводятся в движение углеводородным топливом. “Небесный кран” имеет два источника энергии: вспомогательные солнечные батареи на верхней поверхности линзы...”
Тут дирижабль предстал в разрезе.
“... и ядерную силовую установку в качестве основного источника питания. Его турбинные двигатели выполнены по принципу электрического фена. На борту имеется синтезирующее оборудование для возможности самостоятельного пополнения резервуаров газа в экстренной ситуации. Спускаемая платформа представляет собой готовый временный базовый лагерь для того, чтобы проводить работы на земле, пока не будет пущен постоянный лагерь. На борту имеется пилотируемый самолёт, вертолёт и беспилотные аппараты разведки и доставки грузов. “Небесный кран” может быть выполнен в двух базовых вариантах грузоподъёмностью 2500 и 4500 тонн. Практический потолок составляет 12000 метров, крейсерсерская скорость на этой высоте 450 км/ч, на более малых высотах она может варьироваться в зависимости от погодных условий вплоть до минимальных 150 км/ч. “Небесный кран” способен стабилизировано зависать над любой местностью и с помощью кран-балки манипулировать грузами с точностью до 30 см. При наличии наземной команды коррекции и поддержке дронов, точность может быть доведена до 2 мм.”
Когда презентация закончилась, в комнате повисла тишина. Первым её решился прервать Игорь:
– Это просто фантазия на тему или у вас есть инженерный проект и расчёты?
От волнения Игорь встал и теперь расхаживал по комнате.
– Да, совместно с Омском и Иркутском мы разработали полный готовый проект, – заговорил Клименко, покачиваясь на стуле, – Честно говоря, если бы не было ограничений на атомную силовую установку со стороны министерства тяжёлой промышленности, мы бы его уже и построили просто по линии коммуны для коммерческой эксплуатации. Но дело застопорилось на ключевом элементе. Другие силовые установки не дают той самой рекордно низкой цены тоннокилометра, которой мы хотим добиться.
– Я давно следил за их разработками, – убеждая начальника, вступил Юрий, – если бы работы в этом направлении шли с 2009 года, то могло бы и так случиться, что сейчас нам вообще не было бы нужды строить железные дороги. 4500 тонн – это полный железнодорожный состав. Но чтобы переплюнуть железную дорогу, нужны годы, сотни судов и переработанная инфраструктура, а грузы нужны сейчас. Но эти летающие монстры могли бы не просто ускорить, а радикально изменить всю картину строительства железных дорог в труднодоступных районах.
Игорь навис над столом и махом допил свой кофе.
– Да что ты мне рассусоливаешь, – отмахнулся он, – я по-твоему кто? Не понимаю, по-твоему, что ли, что это всё меняет? Но понадобится очень много связок, необходимо будет наладить работу с управлением по атомной энергетике, министерством тяжёлой промышленности, министерством транспорта, управлением авиаперевозок. Ох, и заварил ты, Юрка, кашу, – закончил он как-то невпопад, радостно.
– Это всё нужно делать и Читину. Любой проект массовой стройки подразумевает плотное взаимодействие всех ведомств, – сказал Юрий, разводя руками.
– Одно дело связаться с ними и попросить их сделать то, что они делали всегда, а совсем другое сподвигнуть их заняться совершенно новой для них деятельностью. Чиновник – существо инертное и непривычного не любит.
По лицу Игоря было видно, что идея ему нравится, но он всё ещё немного сомневается в том, что её удастся продвинуть. Дебаты – это дело очень серьёзное, и прожектёрство тут не приемлемо. Если представлять проект, то основания под ним должны быть железные.
– Ну, у нас тоже уже кое-какой опыт продвижения своего проекта имеется, да и иркутские авиастроители ждут не дождутся, чтобы построить нечто масштабное, – подал голос Анатолий, – так что я думаю, мы можем помочь друг другу. Более того, у нас уже есть аэродинамический обсчёт и моделирование на супер-компьютере, мы их сделали за свой счёт, – сказал он как бы невзначай.
Игорь Николаевич остановился и его лицо стало твёрдым и спокойным. Он всегда так делал, когда принимал важное решение.