Каждый футболист, выходя на поле, стремится победить, иначе он просто не спортсмен. Стало быть, он обязан подчинить себя интересам команды. Ибо футболист побеждает не в одиночку, а только вместе с командой. Советские футболисты образца прошлого года этому принципу соответствовали в полной мере. Тем более что стабильность составов советских клубов способствует весьма высокой сыгранности.
При этом надо понимать, что суть футбола такова, что он невольно обнажает индивидуальную, игроцкую сущность человека. Грубо говоря, если человек любит единоборства, то он будет вести силовую борьбу на поле часто и охотно, если есть в нем артистическая жилка, то, скорее всего, он будет частенько прибегать к дриблингу, если он любит риск, то порой на поле это будет приводить к необоснованным решениям с его стороны. Искусство тренера в том и заключается, чтобы выстроить команду с учетом индивидуальных качеств игроков, чтобы каждый мог вложить в игру команды самое лучшее, что у него есть.
Возвращаясь к Алферову, необходимо сказать: да, он безусловно самый успешный клубный тренер десятилетия. Но при этом практически всегда его команды состояли из игроков средних, с отчетливо видимым потолком, но при этом это были команды дисциплинированные, хорошо обученные. Если же в его распоряжении попадали звезды, то и в этом случае он рассматривал их лишь через призму их способности выполнять волю тренера. Вспомним хотя бы, как он заставлял Радионова участвовать в защитных действиях «Торпедо». Конечно, форвард прибавил в оборонительных навыках, но результативность его упала в разы. Дело, как известно, закончилось конфликтом и уходом игрока в брянское «Динамо».
Алферов не умеет и не любит работать со звездами. Запомним этот факт (уже факт).
А именно звезды с их гипертрофированной неординарностью привносят в игру команды элемент неожиданности. Да, игрок, принимающий рискованные решения, может допустить роковую ошибку, но ведь он же и повышает шансы на победу! Алферов же словно задался целью доказать всем и каждому, что команда в футболе выше отдельной личности, и не просто выше – а несравнимо выше.
В течение всего отборочного цикла Алферов избавлялся от звезд. Баркая, Малафин, Шайсутдинов (с его непревзойденным первым пасом) — все эти игроки, в начале цикла определявшие игру команды, к завершению отборочного турнира приобрели прочный статус запасных. Критика, однако, молчала, потому что результат Алферов давал – пусть без блеска, но с уверенного первого места сборная СССР отобралась на домашний чемпионат Европы. Так почему же мы проиграли? Сначала надо понять, в какой обстановке начинался этот чемпионат.
Его мы ждали с нетерпением. Причин для этого было несколько: во-первых, Евро-2060 прошло в СССР, во-вторых, это было столетие победы сборной СССР в первом чемпионате Европы (причина, по которой, кстати сказать, нашей стране и было доверено проведение чемпионата), в-третьих, знатоки со стажем знают, что по каким-то причинам околомистического свойства наши футболисты лучше играют именно в високосные года. Тому доказательство – четыре выигранных олимпийских турнира, два европейских золота и четыре опять же европейских финала. Для сравнения приведем достижения нашей сборной на чемпионатах мира – четвертое место в Англии 66-го года, повторенное на домашнем чемпионате мира 2018 года.
Мне лично казалось, что завершается какой-то большой, очень большой цикл развития футбола. Легендарные 60-е года прошлого века, подарившие футболу, не менее легендарную сборную Голландии с их тотальным футболом; 80-е, по праву названные золотым веком игры; образование Евросоюза, повлекшее за собой дело Босмана, за какой-то десяток лет изменившее весь мировой футбол, кризис социализма конца 20-го – начала 21-го века, который через двадцать лет привел к образованию совершенно нового подхода в деле организации футбола.
Ведь понадобился именно социализм, взошедший на новый виток, чтобы футбол выздоровел. Идея была проста до безобразия: дайте людям возможность заниматься любимым делом, платите им достойные деньги, но не более того. При этом большое внимание уделялось механизмам послеигровой социальной адаптации для всех возрастов. Два обстоятельства помогли этим механизмам работать успешно. Это, разумеется и в первую очередь, процесс освоения Солнечной системы, позволивший каждому почувствовать себя служителем великой идеи, а во вторую – планомерное развитие тотального и непрерывного образования, в том числе и спортивного, позволившее многим мастерам кожаного мяча после окончания игровой карьеры остаться с любимой игрой. Эти две основополагающих тенденции в развитии нашей страны вкупе с системой медицинского и пенсионного страхования сделали то, чего не смогли сделать ни непомерно большие заработки капитализма, ни наивная заорганизованность первого социализма. Обе старые системы имели свой потолок.
При новом же подходе на первый план сразу вышла романтическая составляющая великой игры. То есть именно те свойства человеческой натуры, которые позволяют даже посредственному спортсмену прыгнуть выше головы. Процесс был мучительный и болезненный: немало известных мастеров и деятелей великой игры были отлучены от футбола только потому, что слишком привыкли играть по старым правилам. По правилам, по которым идти на сделки со своей совестью было нормой. По правилам, по которым принцип «ты мне, я тебе» был догмой.
Советский футбол буквально за полтора десятилетия совершил качественный скачок. Буквально у меня на глазах. Выросло поколение игроков, которые жили игрой, дышали игрой, для которых весь мир был игрой, в которой деньги были лишь средством, а не целью; и у этого поколения были очень хорошие учителя. Те самые мастера, которые в качестве социальной адаптации выбрали профессию детского тренера. А таковых, в условиях, когда не надо было заботиться о хлебе насущном, нашлось немало. Эти люди могли не только объяснить, но и показать, то есть были настоящим, стопроцентным примером для подражания.
Процесс подъема советского футбола сопровождался процессом упадка футбола западного. Глядя на то, как избалованные супергонорарами западноевропейские и южноамериканские звезды играют всего лишь на равных, а зачастую и вовсе уступают советским футболистам, западный болельщик все чаще и чаще начал задаваться простым вопросом: почему наши футболисты получают в сотни раз больше, чем советские, а играют ничуть не лучше? Когда же подобными вопросами начали задаваться владельцы западных суперклубов, разразилась череда скандалов. Общественное мнение созрело: надо урезать доходы футболистов. Футболисты, разумеется, были против. Результат не замедлил сказаться: в глазах населения европейских стран по сравнению с футболистами СССР западные звёзды стали выглядеть, да простит меня читатель за жаргонное словечко, жлобами, борющимися исключительно за своё личное благосостояние.
Таким образом, футбол снова, на этот раз невольно, стал ареной идеологической борьбы. И как водится, не преминул случиться вполне естественный перекос. Теперь уже идеалистический подход казался панацеей от всех бед. Мы играем «от идеи», они – «от людей». Мы играем «красиво», они – «выгодно».
Мы правы во всём, наше моральное превосходство тотально. Казалось, что ещё чуть-чуть – и оно само, мановением волшебной палочки, конвертируется в голы, в результат, в победу на газоне. Но этого не случилось, и, как мы сейчас понимаем, случиться не могло.
Константин Алферов пал жертвой этой борьбы. Ему захотелось победить не только на футбольном поле, но и идеологически. Но голые идеалы, не стоящие прочно на земле, всегда обречены на поражение. Поэтому сборная СССР не смогла и не могла выиграть этот чемпионат. Наш футбол пал жертвой амбиций тренера, который забыл о том, что в футбол играют для того, чтобы выигрывать, а не доказывать что-то своё кому-то неизвестному.
P.S. Статья имела большой резонанс, была переведена на десятки языков. Константин Алферов покинул пост главного тренера сборной, и в следующий отборочный цикл мы вступили с новым тренером. Пока что результат неутешителен, в стартовом поединке мы потерпели поражение, и следующий матч свели в ничью. Из трех футболистов, невольно ставших героями этой публикации, лишь Баркая принял участие в обеих поединках. Впрочем, у Дзагоева есть ещё восемь матчей для того, чтобы ситуацию поправить.