Полет в бездне над Юпитером завораживал, но довольно быстро закончился. Минуты через три едва отпустило ускорение, началось торможение. Из невзрачной точки станция превратилась в полновесный заслонивший все бублик, покрытый изъеденным космическими частицами слоем отражателя. На далеко выступающем кронштейне крепился к корпусу тупорылый шаттл. Выверенная компьютером траектория закончилась точно у площадки шлюза с крупно нанесенным белой краской номером 01. Возле ворот стояли все три фигурки в скафандрах. Маринев уже нашел консоль ручного ввода и открыл внешний створ.
— Как вы, Тамара? — заботливо поинтересовался Игорь, очутившись на площадке перед воротами.
— Игорь Александрович, у меня все в порядке. Вот на станции случилась беда.
Ах ты зазубренный кусок астероида! Ну погоди, оботрешься вдали от Земли, станешь помягче. После завершения процедуры выравнивания внутренний затвор шлюза открылся в темноту.
— Похоже, нам тут не рады, — заметил Маринев, включая фонари ближнего света. Мягкий рассеянный свет залил пространство вокруг скафандра. Мгновение спустя густой мрак рассек луч поискового прожектора, который тут же выхватил из темноты мерно покачивающуюся в воздухе фигуру. Тамара вскрикнула и попятилась.
— Не бойтесь это всего лишь скафандр на стойке, — втайне упиваясь злорадным торжеством, произнес Игорь, — Но почему не работает аварийное освещение? Мне казалось оно как раз и предназначено для таких случаев. Впрочем, судя по показаниям анализаторов не работают и системы жизнеобеспечения. Воздушная смесь крайне разряжена, да и по составу для дыхания непригодна.
— Выводить людей из анабиоза в таких условиях нельзя, — заволновалась Тамара.
— Для начала их нужно найти, — заметил Маринев, он к тому времени уже закончил осмотр ближайшего пространства, — Шлюзовой узел и выход в двух направлениях, все как на модели. Сбросим здесь ранцы с двигателями и двинемся, как намеревались к ближней капсуле. Посмотрим сначала, что там.
Игорь вспомнил досконально изученную ими за время полета компьютерную модель станции. Внутри тора по двум параллельным уровням тянулись четыре жилы коридоров, а в пространстве между ними находились жилые помещения, технические узлы, исследовательские лаборатории. В шести местах в тело станции были, как бы вшиты особо прочные капсулы, аварийные отсеки в которых стояли гипотермические саркофаги для погружения персонала в анабиоз.
Маринев выплыл в коридор, и некоторое время шарил лучом, всматривался.
— Проходы местами загромождены, но соблюдая осторожность можно двигаться. В том же порядке, — в голосе капитана слышалось напряжение, и Игорь понимал, он боялся, что коридоры станции окажутся забиты плавающими телами и поход к капсуле станет не только бессмысленным, но и ужасным.
Но проходы оказались не столь сильно замусоренными, как опасался того капитан. Наоборот, коридоры станции вызывали ощущение давнишнего запустения. В иных местах действительно попадались беспомощно кружившие в воздухе обесточенные – будто мертвые – бытовые и административные роботы, плавали кресла, одежда мелкие предметы обихода. Однако никакой угрозы для космонавтов этот беспорядок в себе не нес и особых трудностей не создавал. Не без тревоги заглядывали в распахнутые отсеки и помещения, но к счастью никого в них не находили и по мере приближения к ближней капсуле нарастало и возбуждение.
— Здесь, — остановился Маринев возле выступающего, словно врезанного снаружи в стену эллипса, на которой было крупно выведено Life saving module -1, - Должны открываться.
Многослойная дверь скользнула в сторону, пропуская спасателей в камеру шлюза. Здесь уже работало штатное освещение. После завершения процедуры выравнивания открылся внутренний затвор шлюза, за которым открылось помещение, уставленное продолговатыми саркофагами с прозрачными крышками массой идущих к каждому из пола трубок и кабелей. На бортах жизнерадостно мигали расцвеченные столбиками данных и диаграмм экраны. Эпизод фантастической саги.
Драйд и Тамара кинулись к саркофагам, вглядываясь в застывшие под прозрачными крышками лица и вчитываясь в показания датчиков.
— Они все живые! — оглушительно звонко крикнула Тамара.
— Живые! — эхом отозвался профессор, — И, по крайней мере, в этой капсуле заняты все саркофаги. Наверное, все спаслись.
— А здесь вообще хорошо, — заметил Игорь, отключая систему жизнеобеспечения скафандра и поднимая визор, — Посмотрите на данные анализатора. Норма.
— Все же не стоило вам так опрометчиво рисковать, — пробурчал капитан, но мгновение спустя и сам уже открыл визор.
— Дмитрий Юрьевчи, но это значит, что здесь мы можем вывести людей из анабиоза, — сказала Тамара, — Продолжительное пребывание в анабиозе может сильно сказаться на здоровье.
— Выведем, а что дальше? Мы не разместим у себя на «Академике» и десятой части. Нужно осмотреть другие капсулы, снять показания медицинских датчиков, выяснить, возможно, кому-то нужна срочная помощь и затем ждать подхода других кораблей, чтобы на них эвакуировать персонал станции. Профессор вы согласны со мной?
Драйд энергично закивал. Худая шея смешно дергалась.
— Благодарение всевышнему, что все они живы и вам за эту поистине неоценимую помощь…
— Постойте, — перебил Игорь и сказал, обращаясь уже к капитану, — Дмитрий Юрьевич, а что если нам вернуть в реальность, хотя бы главного координатора станции и выяснить у него что произошло? Патрик Легвард, так, кажется, его зовут?
Маринев согласился. Координатора нашли в третьей по счету спасательной капсуле. Даже в анабиозе он сохранял серьезный начальственный вид. Тонкие губы были поджаты, на лбу пролегла заботная складка. Выбритая голова и щеки совершенно сохраняли гладкий блестящий вид.
— Не перепутаешь, — пошутил Игорь, — И будить-то жалко, спит хорошо.
Но Тамара, для которой главным образом шутки и предназначались, никак на них не отреагировала. Девушка сосредоточенно вчитывалась в показания медицинских датчиков и по указаниям нотаций разбиралась с процессом вывода из анабиоза.
— Начинаю, — наконец сказала она, выбирая на командном экране саркофага необходимые команды, — Процесс долгий, набирайтесь терпения. Игорь Александрович, теперь, кстати, можно и за разговорами скоротать время, пошутить.
Нет, все-таки она заноза.
— Дмитрий Юрьич, давайте, чтобы не терять времени я сплаваю в командный центр, инсталлирую коды, — предложил Игорь, — Станем тогда здесь полноправными хозяевами, оживим станцию.
— Вы не против, профессор? — обратился Маринев к Драйду.
— Нет, совсем нет. Так и нужно сделать. Вот, пожалуйста, возьмите карту с кодами, — протянул он небольшой пластиковый квадрат.
— Пойду с вами, — сказал Маринев.
По загруженной в индивидуальные компьютеры трехмерной модели станции, изображение которой проецировалось на визор скафандров, без труда отыскали путь к командному отсеку. Расчет был верный. Интеллектуальная система управления не могла полностью отключить себя. В аппаратном зале поддерживался нужный режим, в стойках компьютеров светилась экранами и тихо шелестела работающими агрегатами своя машинная жизнь. Отыскав по предоставленной американцами схеме нужный терминал, Игорь вставил в порт карту и запустил с нее процедуру инсталляции. Процесс установки тянулся довольно долго, но зато прошел гладко и завершился успешно. Однако, когда Игорь попытался запустить контуры жизнеобеспечения система управления выдала отказ.
— Недостаточно средств. Предоставление ресурсов временно заблокировано.
— Вот напасть, — изумился Игорь, — Вы что-нибудь понимаете, Дмитрий Юрьич?