— Ты уверен, что его стоит держать здесь? — спросил Оля.
— Выбора нет.
— Можно его ликвидировать.
— Нет, это не вариант. Он хороший человек. Мы не имеем права его убивать.
— Он может потащить нас всех ко дну.
— Я решу с ним вопрос. Дай мне пару дней. Надо ему хотя бы матрас кинуть, а то на бетоне легкие застудит. Лечить еще его не хватало для полного счастья. Займешься матрасом? Ты же все равно хотела тут все обустроить. А я пока займусь телом двойника.
— Помочь?
— Нет, сам справлюсь, — ответил я и сел за руль. Оля открыла дверь гаража, я выехал на улицу и помчался к Москве реке. На ходу изучил карту, которая была любезно выведена Эей на периферию зрения, и решил, что стоит ехать на север Москвы, двигаться туда было ближе всего. Что я и сделал. Когда прибыл в намеченный район, съехал с основной дороги и остановился под эстакадой. Осмотрелся. Вокруг темнота и ни души. Слева стена эстакады, справа тротуар и перильное ограждением за которым река. И камер вроде нет, хотя не был в этом уверен на все сто. Одна минута и тело Антона плюхнулось в воду. Снова осмотрелся. Так, вроде никого. В темпе вальса сел за руль и сорвался с места. Отъехав метров на сто, остановил машину и решил постоять, смотря в зеркало заднего вида — не подошел ли кто к тому месту откуда я скинул в реку тело? Пока никого. Подожду минутку. Но и через минуту там никто не появился. На часах было почти десять, надо было выдвигаться в точку встречи с Лансом. Путь был не близкий, придется поторопиться.
Точка встречи оказалась на окраине Москвы, это был пустырь, причем, располагался он достаточно далеко от зданий и домов. Вдали виднелась вечерняя Москва, глянул на часы — 22:55. Еще пять минут…
Огляделся. Рядом пошарпанная бытовка, поодаль стопка бетонных плит и груда битого кирпича вперемешку со строительным мусором.
Интересно, что у Ланса ко мне за дело? Чтобы это ни было, надо вести себя с ним крайне аккуратно, ведь он Лампарус. Интересно, что все они схожи по характеру. А, ну-ка, что мой виртуальный помощник об этом знает?
— «Эй, Эя, что знаешь о Лампарусах?».
— «Доминирующий подтип людей планеты Земля нашей ветки времени. Такое название подтип получил из-за преобладания гена Лампарус, который отвечает за формирование карего цвета глаз. Характерные черты данного подтипа: самоуверенность, прирожденное лидерство, жестокость. Слабо развита способность к любви. Хорошо развиты аналитические способности, поэтому люди подтипа Лампарус становятся хорошими тактиками и руководителями».
— «Ха, то есть все Лампарусы кареглазые?».
— «Категорически верно».
Вспомнил физиономию Геворка. Ну да, глаза вроде были карего цвета.
— «Хорошо. Расскажи про Наосов», — попросил я.
— «Подтип людей планеты Земля нашей ветки времени. Такое название подтип получил из-за преобладания гена Наос, который отвечает за формирование голубого и синего цвета глаз. Характерные черты данного подтипа: смелость, ум, сила, обостренное чувство справедливости. В отличие от Лампарусов предпочитают сбиваться в стаи. Чувство плеча и товарищество для них значит многое. Хорошо развито творческое мышление, поэтому люди подтипа Наос становятся хорошими бойцами, а также техниками».
Так, а вот у Ольги глаза голубые и она Наос. Неудивительно, что мы с ней поладили, ведь мы с ней Наосы, а вот с Геворком ни у меня, ни у Оли отношения не сложились.
— Ну и чего ты там стоишь? — раздался голос Ланса. Я обернулся на звук и понял, что он исходил из дверного проема бытовки. Внутри было темно, так что я не видел, что Ланс все это время был там. — Заходи.
Когда я вошел внутрь, то обнаружил, что Лампарус стоял сразу за проемом, прислонившись к стене плечом. Я встал по другую сторону, лицом к нему. В проем бытовки падал слабый свет от фонарей города, поэтому я мог видеть лишь очертания лица Ланса.
— Зачем звал? — спросил я.
— По делу.
Он протянул мне пачку сигарет. Я отрицательно помотал головой.
— Ну и правильно, мне больше достанется, — сказал он и выбив сигарету из пачки, закурил.
— К чему такая конспирация? — спросил я.
Мой собеседник выдохнул дым и приложил указательный палец к губам:
— Тсссс…
Потом он поднял с пола какую-то штуковина, та зажужжала и я понял, что это был дрон. Он завис в воздухе, мигая красной лампочкой, устремился наружу и взмыл вверх.
Я кивнул Лансу:
— Зачем это?
— Наша специальная птичка. Глушит любой вид связи в радиусе ста метров. Даже наше второе «я» заглушает. Хорошая штука, когда есть приватный разговор, — сказал Лампарус и затянулся.