Генка взъерошил волосы, и зачесал затылок уже двумя руками. Там теперь не дребезжала, а била во все колокола новая идея. Даже не идея, а решение.
По визру еще передавали какие-то подробности и разъяснения деталей, но внимание родителей было обращено на своего старшего отпрыска.
Торт бабушке, сказал папа.
И корова недОена, сказала мама.
Корова? вылупили глаза близняшки.
Какая еще корова? спросил Пашка.
То есть мутатор не допаян, сказала мама.
Мне надо к ребятам, сказал Генка.
Сидеть! сказала мама, и посмотрела на папу.
Гхм, сказал папа, задумчиво поджимая губы.
Ии? сказала мама.
Ну у него же всё равно каникулы, дорогая сказал папа, пожимая плечами.
Эх! вздохнула мама.
Ура! заорал Генка, и кинулся с кухни во двор.
Два дня! Это минимум. Что бы просто взлететь! Анка отерла чумазое лицо рукавом робы, отчего на нем появилось еще одно дополнительное пятно. Я еще молчу о том, что мы собирались стартовать через пару недель, и корабль я как раз и готовила к этому сроку.
Она стояла возле разобранного гипер-привода со своим вечным спутником Универсальным ключом, сокращенно УК, напоминающим своей формой, разводной ключ сантехника, огромного размера, который она держала сейчас на плече.
Блин, блин, блин, регата уже стартует через два дня!
Генка возбужденно выписывал круги, то прилизывая, то топорща лохматую голову руками.
Что делать? Матвей?!
Толстяк Матвей меланхолично уплетал бутерброд, который на всякий случай захватил с собою на срочный сбор, который объявил Генка.
А с чего ты взял, что нас вообще допустят до регаты?
Как это с чего, а наше изобретение? Покажем его и попросимся в одну из команд.
Ха-ха, два раза! невнятно сказал Матвей, работая челюстями.
Ты зря смеешься, решила поддержать Генку Анка, трансформируя Универсальный ключ до малого размера, что бы убрать его в специальный чехол на бедре, наше изобретение явно попадает под категорию пользы для всего общества. А если это так, то что?
Да знаю я все это прекрасно, отмахнулся Матвей, чуть не выронив половину оставшегося бутерброда, мы имеем право выдвинуть свои кандидатуры на самые серьезные испытания, которые проводит СССР.
Ну вот! Генка наконец остановился, обрадовавшись поддержке. Мы и попросимся в регату.
А нам вместо этого предложат, например, заняться разработкой искусственной черной дыры, или еще каким ни будь новым, из категории перспективно для человечества, экспериментом, которых сотни, если не тысячи
Генка вновь насупился.
причем в качестве лаборантов на кафедре, в свободное от учебы время, решил добить его Матвей, и хотел было продолжить развивать свою мысль в этом направлении, откусив очередной кусок от бутерброда, но подошедшая Анка, дала ему подзатыльник, и отобрав бутерброд, сама впилась в него зубами.
Ээ! возмутился Матвей, причем сам не смог бы сказать чему больше подзатыльнику или изъятию еды.
ХорЕ критикой заниматься, по делу есть что сказать?
В их троице Матвей был самым уравновешенным и рассудительным, и все Генкины идеи либо приземлял, либо брался искать пути их реализации. Анка решила сократить стадию неприятия и критики, и перейти сразу к стадии вдохновения.
Думаю надо к капитану Вихрю идти, и проситься в его команду. Он точно будет одним из участников.
Ну вот, другое дело. А то развел тут демагогию, понимаешь, пережевав кусок бутерброда, Анка теперь подозрительно разглядывала его остаток в руке на предмет ингредиентов.
Как я сам не сообразил-то, Генка почесал затылок.
На то мы и команда, с философским видом изрек Матвей, и попытался забрать недоеденный бутерброд у Анки. Но та, взвесив вкусовые качества и внешний вид, и решив, что тот пригоден для дальнейшего употребления, не отдала его.
Капитан Вихрь, жил в том же поселке, что и ребята, поэтому они решили дойти до него пешком. Анка переоделась берцы, короткие шорты, футболка, с надписью отвали, бейсболка из-под которой спереди выбивался чубчик, а на затылке хвостик из светлых волос, стянутых резинкой. Ну и конечно, на левом бедре, для надежности дополнительно пристегнутый к нему ремешком, висел неизменный чехол с УК.