Вытянутая из причёски золотистая прядь сообщила лишь о том, что являюсь блондинкой с длинными волосами, но при этом образ в голове так и не сложился. Пустота. Чистый лист. Охнув, я всё-таки сползла вниз, усевшись на пыльном полу, на котором виднелась цепочка моих шагов. Паршивое самочувствие как-то сразу отступило на второй план, если не на третий. Забудешь тут обо всём, если даже собственного имени вспомнить не можешь! Я тщательно ощупала свою голову несколько раз, но ни малейших следов травм не обнаружила. Но ведь так не бывает, чтобы память впросто «вжух» и пропала: должно же быть этому хоть какое-то объяснение!
Я оглядела комнату, в которой находилась, но ни одной знакомой вещи или чего-то, при взгляде на что у меня внутри что-нибудь шевельнулось. Сидеть на полу было холодно, несмотря на несколько пододетых под платье юбок, выгладывавших из-под подола платья. Делать было нечего, как подниматься и продолжить изучение дома. Вообще, странно себя было ощущать: мысли есть, предметы, окружающие меня назвать могу, а о себе ничего не знаю. Вспомнив о своей первоначальной цели, я продолжила изучать обстановку.
Камин, уже знакомая лавка, стол с четырьмя массивными стульями, шкаф, похожий на посудный, но с настолько закопчёнными стёклами, что не разобрать, пустой или нет, сундук... Так, стоп. Я снова посмотрела на оставленные следы на полу, а потом на сундук. Пыли ни на его потемневшей от времени крышке, ни на стенках не было. Как и не было следов вокруг него. Но ведь такого просто не может быть! Или может?
Я потёрла пальцами окно, а затем сквозь образовавшийся небольшой просвет посмотрела, что творится снаружи. Оттепель. Сероватого цвета снег уже хорошо подтаял, а извилистые ручейки, разрезающие его на островки, ещё больше окрашивали его в тёмный цвет, наполняя водой. Но как же я тогда попала в дом, если на полу остались лишь следы в том месте, где очнулась, а потом ходила? Нельзя же просто так взять и появиться прямо посреди заброшенного дома из ниоткуда! До двери было далеко, до окон – тоже.
Я подошла к выбивающемуся из окружающей обстановки сундуку и опустилась рядом с ним на колени. К крышке была прикручена потемневшая от времени латунная табличка с именем и фамилией. Катриона Блэкчер. Несколько раз проговорив про себя это сочетание как целиком, так и по отдельности, произнесла затем вслух, но ни малейшей тени узнавания не промелькнуло в голове. Судя по искорёженным скобам, кто-то пытался взломать сундук и весьма преуспел в этом, так как навесного замка не было. Откинув крышку, заглянула внутрь. Платье, потом ещё одно... Сорочек штук пять, сапожки, шубка, пара плоских металлических коробок, содержимое которых решила посмотреть позднее, мешочек с пятью серебряными монетами, и всё. Никаких документов или бумаг.
Приложив к ногам подошвы сапог, а потом одно из платьев к телу, обнаружила, что размеры мои. Так что, я и есть Катриона Блэкчер? Вытащив коробки, положила себе на колени и сняла крышку с первой. На бархатной ткани, которой она была выстлана изнутри, покоились различные зажимы, пинцеты, крючки, ножички, напоминающие скальпели... Некоторые выглядели немного странно, но вполне узнаваемо. Трогать всё это богатство грязными руками не стала, аккуратно закрыла крышкой, переместив первую коробку под вторую. Тут оказался целый набор игл, а также несколько увесистых мотков шёлковых ниток, пара иглодержателей и ножницы. Содержимое обеих коробок натолкнуло на мысль, что их обладательница была хирургом как минимум. И по всему выходило – это я.
Итак, получается, что меня зовут Катриона Блэкчер, являюсь хирургом или кем-то вроде этого, а вот как попала в дом и что делать дальше – непонятно. Закрыв сундук, решила до конца осмотреть дом и всё-таки избавиться от этой проклятой пыли, не дающей даже нормально дышать, не говоря уже об испачканном платье и туфлях. Я даже не могла окна распахнуть, чтобы проветрить помещение: они оказались просто-напросто заколочены! Даже не так: в них стояли так называемые «зимние» рамы, которые обычно с наступлением холодов устанавливаются в дополнение к обычным, чтобы сохранить тепло в доме и уменьшить сквозняки.