Какова цель каждого боя? Ответ дан и теорией и практикой. Задача боя — это сокрушение противника. В зависимости от характера столкновения, от соотношения сил и от целого ряда других обстоятельств нанесённое или полученное поражение даёт себя знать на более или менее длительный срок. Стачка не может сокрушить противника. Можно ли сравнивать стачечный бой с боем вообще? Для того, чтобы отдать себе отчёт, каковы пределы этих сравнений и в какой мере можно в стачечной борьбе использовать область военного опыта, военных знаний, надо прежде всего отдать себе отчёт в коренном различии, которое существует между армией военной и армией стачечной.
Каковы основные признаки армии, созданной для войны против враждебного государства? Прежде всего эта армия построена на принудительном принципе. Второе — эта армия борется за пределами своей границы, или если она борется в пределах своей страны, то с врагом, который пришёл извне. В армии, ведущей сражение против внешнего врага, генеральный штаб, высший и средний комсостав обычно складываются и назначаются после очень долгого и тщательного классового отбора. В таком генеральном штабе крайне редко бывает шпионаж в пользу врага, переход на сторону врага и пр. Все силы страны в такой армии (материальные и духовные) принудительно мобилизованы для того, чтобы оказывать противодействие наступающему врагу или перейти в наступление со своей стороны. Все материальные ресурсы страны, начиная от ресурсов промышленности, кончая ресурсами финансовыми, весь идеологический аппарат (пресса, церковь и т. п.) — всё имеет своей задачей морально и материально мобилизовать армию для того, чтобы она сражалась до «победного конца». В таких армиях тыл — это вся страна. Такая армия обычно имеет многолетнюю военную разведку и контрразведку, она заранее, на протяжении многих лет, через специальные органы, изучает силы врага, топографию местности, где должно происходить сражение, и когда сражение начинается, то руководящие органы армии в этом смысле довольно серьёзно вооружены. Армия во время войны располагает огромными агитационно-пропагандистскими средствами. Тот из вас, кто помнит мировую войну, — а большинство из здесь присутствующих её помнит — подтвердит, что агитационно-пропагандистская работа буржуазии была поставлена очень хорошо. В этом отношении можно сослаться на такого свидетеля, как профессор политической экономии Чикагского университета Геральд Лассуель, который в книге «Техника и пропаганда в мировой войне» так откровенно и так интересно рассказывает о том, как была организована пропаганда во время войны, что эту книгу следует рекомендовать патриотически настроенным рабочим.
Армия, вступающая в войну, имеет хорошо разработанную военную доктрину, имеет основанную на мировом опыте войны стратегию и тактику, и руководящий армейский состав очень основательно знакомится с основными принципами военного дела. Надо отметить, что в этой области имеется огромная литература. В каждой стране имеются специальные средние и высшие военные школы, где изучаются самые мельчайшие детали войны, начиная от войн, которые вёл Александр Македонский и кончая мировой войной 1914–1918 гг. Имеются сотни и тысячи многотомных произведений, где малейший шаг, малейший жест, малейший тактический манёвр, малейшая переброска войск, малейшая удача или неудача подвергаются всестороннему изучению, и на основе этого огромного опыта создаются целые поколения специалистов, которые имеют своей задачей использовать исторический опыт в новой обстановке. Я не буду ссылаться на огромное количество военных стратегических и тактических трудов для того, чтобы не усложнять моей лекции, но каждый из вас более или менее знает, — скорее менее, чем более, — что имеется богатейшая военная литература, и что все буржуазные государства не жалеют миллионов и десятков миллионов для того, чтобы поставить эту область, как Маркс выражался, «человекоубойной промышленности» на научную высоту.
Если мы возьмём армию, имеющую своей целью вести войну против внешнего врага, и сравним её с армией стачечной, мы с самого начала увидим огромные различия, которые существуют между ними. Стачечная армия прежде всего основана на добровольчестве. Рабочий класс не располагает никакими особыми принудительными средствами, чтобы заставить рабочих вступить в борьбу против предпринимателей. Наоборот, предприниматели, организованные, как господствующий класс в государстве, обладают огромными ресурсами‚ чтобы заставить рабочих не вступать в борьбу. Борьба происходит не на чужой территории, не с внешним врагом, а внутри страны, происходит она непосредственно в предприятиях, непосредственно там, где заняты рабочие. Штабы стачечных частей по необходимости складываются случайно, а генштабы, которые исторически сложились в лице руководящих органов реформистских профсоюзов, заведомо враждебны борющейся армии. Если в генеральных штабах армий, находящихся под руководством, скажем, какого-нибудь Гинденбурга или Фоша, можно было говорить о возможном внутреннем шпионаже как об исключении, то в генеральных штабах реформистских профсоюзов шпионаж в пользу предпринимателей является основным стержнем всей реформистской политики. Мы имеем такое своеобразное положение, при котором борющаяся армия возглавляется штабом, выступающим в пользу врага. (Вспомним стачку горняков и всеобщую стачку в 1926 г. в Англии). Такие вещи возможны только лишь в классовой борьбе, а это конечно имеет огромное влияние на ход и исход самой борьбы, имеет огромное значение в смысле форм, методов и характера борьбы и влияет на длительность столкновения, ибо наличие в генеральном штабе борющейся армии представителей интересов, враждебных данной армии, конечно дезорганизует самую борьбу. Тыл в таких случаях, в случае стачки, составляется из семей бастующих, из пролетариев данного производства, из рабочего класса в целом. Вот тот классовый тыл, который должен поддерживать бастующих, на кого бастующие могут и должны опираться. Не всегда он помогает борющемуся отряду. Теми средствами, которые армия буржуазии применяет в смысле предварительной подготовки (долголетняя разведка сил противника и пр.), — этими средствами обычно рабочая стачечная армия не располагает. Очень часто, когда начинается столкновение, сами стачечники не знают ни конъюнктуры данной отрасли промышленности, ни общего политического и хозяйственного положения, а самая борьба иногда возникает как стихийный ответ на бешеную эксплоатацию, а не как сознательно, планомерно подготовленный акт борьбы. Если буржуазная армия располагает огромным аппаратом агитации и пропаганды для одурманивания широких масс, то армия стачечная обычно располагает относительно слабым аппаратом в этом смысле (слабая пресса и т. п). Если взять стачки в капиталистических и колониальных странах, где даже нет ещё ежедневных коммунистических газет, где стачечники не располагают достаточными средствами, то очень часто связь приходится держать при помощи живой силы; если стачка маленькая — путём собраний стачечников, если большая — через делегатов. Во время забастовки стачечники наталкиваются на огромное сопротивление внутри страны со стороны буржуазного государства, которое имеет целую разветвлённую сеть репрессивных органов, им приходится сталкиваться со специальными законами, запрещающими стачки или защищающими штрейкбрехеров (что одно и то же), приходится иметь дело со всеми репрессивными силами — материальными и духовными, — которыми располагает буржуазия для давления на рабочий класс, как церковь, пресса и т. п.‚ которые стремятся дезорганизовать, деморализовать стачечников и добиться от них уступок или отказа от борьбы.