Самым обидным было то, что он очернил ещё и это место. Здесь он предложил мне встречаться, а после и жить вместе. 2 года, боже, на что я их потратила? Неужели он не задумался о том, что одним движением он разрушит все. Хотя, кто вообще сказал, что это произошло впервые. Надеюсь, он хотя бы додумается сказать ей уйти.
Честно говоря, бег неплохо проветрил голову и выгнал то, что разгрызало дыру в грудной клетке. По крайней мере, она перестала разрастаться.
Но слезы начали катиться сами собой, перед глазами все всплывала эта сцена. Мне, почему-то, было стыдно, как будто я им помешала, вторглась в чужую квартиру, к чужому человеку, в чужую жизнь. Я проплакала ещё минут 40, но стало действительно легче. Закурила.
А если это было действительно только однажды? Если он просто ошибся? Нельзя столько трудов перечеркнуть одним махом. В конце концов, каждый из нас заслуживает второго шанса. Откровенно говоря, инициатором ссоры ведь была я, может, сдержись я сегодня днем, ничего этого не произошло бы. Значит и то, что вышло в итоге — моя вина.
Мне давно нужно было научиться контролировать свои эмоции, где-то смолчать, где-то правильнее подобрать слова.
Отношения — это всегда работа двоих. Я никогда не отличалась мягкостью и теплотой, видимо, ему пришлось искать это в ком-то другом.
— Знаете, в такое время тут бывают или маньяки, или очень несчастные люди.
Внезапный собеседник заставили меня дёрнуться. Обернувшись, я увидела высокого мужчину в плаще и больших очках прямиком из 80-х. Взъерошенные светлые волосы и двухнедельная щетина явно относили его к первому типу.
Было бы нелепо умереть сегодня, но судьба есть судьба.
— Я присяду?
— Ну, если хотите.
Не скажу, что мне не было страшно. Но, здраво оценивая ситуацию, я могла только убежать, споткнувшись при этом о первую же корягу.
— Почему вы здесь сейчас?
— Вы же сами сказали: или маньяк, или несчастный человек. Так что выбирайте, что вам нравится. Ваша очередь.
— Ну будь я маньяком, вряд ли бы я стал заводить беседы, верно? У меня бессонница, вот и гуляю, вдохновляюсь.
— Да, здесь красиво. Если бы я умела рисовать, то тоже выбрала бы это место.
— С чего вы взяли, что я художник? Я писатель. А здесь часто можно встретить интересных людей, которые потом превращаются в мои рассказы.
— И где же вас можно почитать?
— Давайте баш на баш: вы мне вашу историю, а я вам мою книгу.
— Всегда с собой экземпляр носите для такого случая?
Он улыбнулся.
— Нет, но сегодня редактор прислал мне рукопись с правками, вот ее я вам и отдам. Стану знаменитым писателем — сможете продать за баснословные деньги.
Даже если он все-таки маньяк, то хотя бы забавный. Да и почему нет? Будет своеобразная исповедь, с незнакомцем откровенничать всегда проще.
И я рассказала ему свою незамысловатую историю. Как мы с парнем познакомились в кофейне, как съехались, как все было замечательно. Рассказала о том, с чего все начало рушиться. По крайней мере, как мне казалось.
Он начал общаться с одной девушкой, говорил, что они просто знакомые, классика, в общем. Даже не хочется развозить полемику по этому поводу.
Закончила я свой рассказ размышлениями, которые мой безымянный собеседник прервал.
Если он действительно писатель, то на меня он зря потратил время. Рассказав все это ему, появилось ощущение того, что я это уже видела, ведь таких же историй сотни.
Но, к моему удивлению, я заметила какой-то огонёк в его глазах, будто его посетила муза и творческий процесс уже был запущен.
— Очевидно, вы сейчас на стадии торга?
— Простите?
— Ну стадии принятия. Вы сейчас на стадии торга, раз начали винить себя. Мой вам совет — перескочите стадию депрессии, не тратье время.
— Наверно, вам моя история показалась очень банальной.
— О, вам только кажется. Дело ведь не столько в истории, сколько в ее рассказчике: можно о походе за хлебом рассказать так, что волосы встанут дыбом, а можно говорить о полёте на луну и усыпить кого угодно. Так что спасибо вам за новую главу. Вот ваш приз.
Из кармана плаща он достал свёрнутые в трубку листы и протянул мне.
— Что же скажет ваш редактор?
— Ничего, напишу заново. Тем более, там будет новая история. Вряд ли он расстроится. Берите, может как-нибудь ещё увидите меня здесь и поделитесь впечатлениями. Листы сшиты, так что не растеряете.
Я заметила на его мизинце печатку с инициалами, но было слишком темно, чтобы рассмотреть, что там было. А рука была ледяная, я даже одернула ладонь.