- Чего надо, Джонни?
Худощавый паренек с огненно-рыжими кудрями до лопаток и длинным тонким носом осуждающе зацокал языком. В Стае его частенько побивали за бескостный язык и отсутствие уважения к старшим. Эрик всегда игнорировал тупые шуточки юного Джонни, ведь отчасти он заслужил говорить то, что хочет: его отец когда-то попал в плен к военным из-за призывов горожан к восстанию против душных законов власти. Его пытали несколько месяцев подряд, применяя самые ужасные насильственные методы выбивания информации. Власти хотели знать, где находятся пособники сопротивления, кто их покрывает, и где повстанцы собираются выступать. Крикливый ранее отец Джонни стоически молчал, будто и вовсе разучился издавать хоть какие-то звуки. Молчал все три месяца, что длились его мучения, погибнув от нечеловеческих болей, что государственные прихвостни причиняли ему каждый день.
С тех пор малыш-Джонни немного сдвинулся по фазе, притопав своими босыми, истощёнными ногами на территорию Стаи. Он потерял всякую способность тактичности, уместного монолога и ведения беседы без оскорблений своего оппонента. Юноша несколько раз сидел в клетке по приказу Кольта, но потом босс сумел раскусить истинные причины подростковой злости. Позднее Джонни использовали как средство отпугивания потенциальных нежелательных гостей из Шеппартвиля, желающих поглядеть, как там живут “какие-то дикари с собачьими нравами”.
- Куда собрался, крысеныш? - недовольно выпалил Джонни, скрипя зубами и потрескивая костяшками пальцев. - Снова предаешь друзей? Я всегда знал, что ты - та еще мразь.
- Правильно мыслишь, малыш. Но на этот раз меня гонит сам Кольт. Кто я такой, чтобы не подчиниться указу старших по званию? - усмехнулся Эрик, закидывая в рюкзак патроны, с которыми обычно ходят на медведей и прочих опасных хищников больших размеров. “Никакой мелкашки, только крупная дичь и ни единого намека на неудачу.” - Бросишь сестричек, теплое место в шатре и относительную безопасность из-за собственной гордости? Ну ты и придурок. А я поначалу восхищался тобой...
- Джонни, не мешайся под ногами. Я жил здесь не ради твоего восхищения...я жил здесь только из-за твоих бессмертных шуток, - хитрый огонек заблестел в серых глазах Эрика. - Ты, кстати, не собираешься отправиться в столицу, чтобы рассказывать свой байки кучке богатых туристов, или караванщиков? Твой сарказм придется по душе обеспеченным толстосумам, любящих сорить деньгами.
Джонни слегка завис, активно переваривая полученную информацию. Он редко когда слышал в свой адрес приятные слова и уж тем более комплименты. На его отекшем, вспухшем глазу красовался фиолетовый синяк, говорящий, что недавно Джонни снова “удачно” пошутил.
- Не знаю. Шеппартвиль - это сборище провластных подонков, убивших моего отца...
- Тем лучше, Джонни. Держи врагов близко, а друзей...друзей лучше и вовсе не иметь, чтобы не рисковать ради них жизнью, - Эрик грубо потрепал парня по пышной рыжей шевелюре и отвесил вежливый кивок в сторону сестричек направляющихся к нему с неприкрытой раздосадованностью.
“И почему все думают, что я сбегаю?”
- Сваливаешь, красавчик? Сбегаешь под покровом ночи, как трусливый щенок? Ну и куда ты опять намылился? - четыре пары вороньих глаз злобно загорелись опасным огнем. Две сестры строго обступили его полукругом, не давая сделать и шагу. В груди Эрика засвербила подступающая кровожадная ненависть. Случись бы аналогичная ситуация не в Стае...он бы давно перерезал глотку этим двум любопытным воронам.
“Нахрена я вообще с ними связался?”
Натянув на голову просторный капюшон черной куртки, утепленной мехом песчаной лисы, Эрик попытался просочиться сквозь фигуры сестер, но те крепко обступили парня.
- Хватит держаться за первых встречных мужиков, выразивших вам толику внимания. Радуйтесь, что я не стал вашим другом. Инфантильные привязанности к тем, кто сильнее, приведут вас к полному унижению личности. А я? Я и впрямь сваливаю. Сбегаю, сука! Как трусливая сволочь под покровом ночи и светом луны! Вам такие эпитеты нравятся? Такая поэзия вдохновляет ваши плоские птичьи сердца? Пока вы не повзрослеете и не станете сильными, вас будут использовать такие чокнутые мрази, как Кольт, Каин и еще кто похуже...
Сестры медленно расступились, недоуменно переглядываясь.
- Эрик...пожалуйста, будь осторожнее. Возвращайся живым.