Накатившая темень, затрясла Милашку в объятиях, замотала по сторонам. Не сбрасывая скорости, Дыба увеличил посадку, получив большую устойчивость, машина успокоилась и пошла ровнее.
Не смотря на грохот обломков, способных размазать человека как надоедливого таракана, бронированные машины целеустремленно двигались на встречу рассеивающемуся мраку. Тьма пыли и песка поднявшаяся после взрывной волны посветлела и превращаясь в легкую муть открыла вид на вражескую цитадель, да в такой близости в которой русские наемники еще никогда не были.
– А вот и местная достопримечательность, посмотрите направо, посмотрите…
– Косяк заткнись, – коротко бросил Череп, – Внимание экипажам курс прежний, подготовиться к отстрелу капсул. Командирам по готовности доклад…
Цитадель стремительно вырастала, превращаясь из усеченной сферы в гигантский купол ячеистой структуры. Словно хрустальный шар был накрыт гигантским неводом. Тускло отражая редкие лучи солнца, стальные стены поразили бы своей непоколебимостью, но рваные раны вывернутых плит и жирные столбы тянущейся к светилу копоти отметали утверждение напрочь…
Когда ломали голову над проблемой проникновения за стены базы, нужно было средство со стопроцентной гарантией и по результатам быстрой инвентаризации, выбор пал на ни разу не используемые, но бережно хранимые ракеты. Скрученная мощь боеголовок, использующая силу распада кристаллов на молекулярном уровне, была оружием устрашения и использовать ее на планете ни кто не решался.
Но все происходит когда ни будь в первый раз и Череп решил штурмовать форт, с запасом мощности. Тем чего ни кто не ожидает, а главное в неожиданные места: систему главного шлюза, антенный комплекс и секции дальнобойных орудий.
Но Череп не учел один момент. Топливный отсек был рассчитан для выведения ракеты на орбиту, а в результате короткой дистанции полета топливные ячейки были еще на половину полны. Основанный на том же принципе грубого распада кристаллов, двигательный отсек увеличил силу взрыва почти в два раза.
Испарив кратерами намеченные цели, взрывы нарушили работу всей инфраструктуры цитадели. Отказала аварийная связь. Пошли сбои в подаче кислорода. Аварийные команды не могли пробраться в места прорыва из-за заклинавших дверей, ворот, даже шахты межэтажных лифтов и те перекосило.
Фактор неожиданности мощной атаки на сам форт и развернувшиеся в далеки боевые действия корпусов прикрытия, дали диверсантам возможность спокойно миновать рубежи дальней обороны и безпрепятсвено подойти к стенам.
Стремительно пролетая опасный участок, где возможно было увязнуть под обстрелом тяжелых орудий, машины устремились к черным кляксам. Заходя на боевой разворот для высадки десанта разрисованные черными псами машины развернулись капсулами к дымящему провалу с еще не остывшими оплавленными стенами.
Пораженно глядя на вырванные листы, изогнутые балки, горящий пластик, Косяк заламывал голову стараясь разглядеть масштабы разрушений.
– Вот так рвануло…
– Тебе сейчас задницу продырявят, а ты любуешься, – проговорил Дыба, – после отстрела, вся мощность идет на тебя…
– Внимание десант! Готовность ноль! – качнувшаяся Милашка, развернулась для высадки десанта. Череп затараторил, – Три, два, один отстрел! Лохматый – правый сектор, Бычок – левый, подавлять турели. Я с пехотой…
Отстреленные капсулы, пролетев пологую траекторию уткнулись в песок. Тормозя в полете раскрытыми створками, обнажили ячейки со скрученными пехотинцами. На не успевший осесть песок, высыпали бронированные фигурки, сразу же закинув на плечи части разобранных ракетных комплексов, длинными прыжками устремились к стене.
Стена цитадели огласилась не слитным скрежетом, открываемых створок. Запоздало среагировавшие операторы, выдвинули последний уровень защиты. Выкатившиеся турели, засвистели раскручиваемыми многоствольными спарками. Огласив окрестности нарастающим грохотом, украсились водопадами гильз.
– И даже цветов не будет, – обиженно вздохнув, Косяк сменил интонацию на хищный азарт, – Ну что же я вам ягодки привез…
Заревели плазменные орудия. Качаясь от безостановочных залпов, Милашка медленно продвигалась к провалу. Сминая залпами хлипкие турели, рывками переводила орудия на новую цель.
– Так это как поганки сбивать, – успевая касаться розовых квадратов проекции, Косяк закусив губу, сосредоточенно сопел, – вот шляпки а я их…
На месте дергающейся в свинцовом танце турели, взошло маленькое солнце. Ярко вспыхнув, разлетелось снопами расплавленного металла. Оставив после себя, мигом чернеющее месиво сияние быстро остывающего сплава, перебросилось на следующую башню.