По заверениям главы Обеспечения, давшего команду монтировать на машинах фасетчатую шляпку гриба, устройства экспериментальной системы связи, этот способ передачи данных не возможно заглушить. Излучаемые во все стороны не видимые лучи мощного светового излучения, пробиваются сквозь плотные песчаные завесы, а если даже не находят адресата, остаются в памяти последней машины, выступающей ретранслятором лучей.
– Боцман на связи, – прозвучал сухой голос, командира объеденных соединений. Прибывший вместе со своим соединением с другой заставы, майор не горел желанием отвечать за успех операции, с мутными условиями боевой задачи, но подчиняясь приказу вышестоящим командирам – принял командование.
– Я готов, передавайте маршрут движения, – четко отрапортовал Череп.
Что, что а трепать нервы жилистому майору, единственному слушавшего его доклад на совещании как проповедь, Черепу совсем не хотелось. А короткие момент вопросов и ответов по существу, породил симпатию между ними, которая давала надежды, что последний не такой уж и уставной вояка. И в случаи опасности запросто сможет наплевать на личные амбиции, иерархию чинов да по-простому спросить мнение любого подчиненного, лишь бы общее дело не пострадало.
Временно прикомандированный Боцман, судя по полосатому шеврону, участвующий почти во всех крупных боях, стал возглавлять объединенную группировку, согласно приказу Главного. И по сути дела оказался единственным опытным офицером такого уровня по близости с высадкой. Не знавшему местности, да еще и взявшего на себя командование двумя не родными соединениями, ему и поручили обеспечить успешное решение задачи с несколькими неизвестными, а вернее только с одним известным – точное место расположение врага…
– Внимание общий канал для командиров соединений, – немного поколебавшись, резко отдал команду Боцман.
Дождавшись пока замигают индикаторы готовности всех командиров, голосом исключающим всякие возражения продолжил:
– За маршрут движения отвечает Череп, он же и движется в авангарде. Конь – восточным крылом, Пыжик – западным. В таком клине двигаемся до минус пятьдесят километров. Там перестроение в единый фронт, но Череп ты остаешься в авангарде…
Погасший огонек общего канала с Боцманом, оставил в груди хорошее чувство. Общие разговоры и рекомендации дождем сыпавшие на участников рейда со сторон штабников да со стен проекторов, порождали сумбур. А майор по простому расписал каждому соединению все по полочкам.
Череп вызвав Лохматого забылся и в загоревшийся индикатор, произнес вслух:
– Как ни крути а майор толковый вояка.
– Это ты к чему? – усмехнулся старший сержант, – ты мне уже майора даешь?! Вот уж не гадал…
– Размечтался, могу предложить моментальный клей – раскатанную губу подклеить. – усмехнулся Череп, – Так что хватит кимарить, мы идем на острие. Расписывай по парням стандартные связки парного патрулирования. Дистанция плюс десять, передача всей телеметрии на меня, по готовности доклад.
– Да все готовы командир, – убрав все шутки, серьезными голосом отозвался Лохматый..
– Ну тогда, генераторы на походный режим…
Оставляя за собой клубы поднятого песка, машины разошлись веером. Как только машины скрылись за склонами барханов, на проекции замигали первые потоки данных. Обрабатывая полученные сигналы Милашка выстраивала единую картину окружавшей местности. Повторяя каждый изгиб застывшей волны, каждый камешек осыпавшейся скалы, все фиксировалось и подвергалось обработке всеми видами радаров и детекторов масс.
По тактическому замыслу Боцмана, отряд Черепа должен обеспечить разведку, а в случаи столкновения с упреждающим ударом противника, завязать бой, пока тронувшая следом колонна по четыре, пылившая следом строгими километровыми коробками, развернется из тела стальной гусеницы в сбалансированный клинок, огневой мощностью способный зажечь новое солнце…
Когда уже глаза стали слезиться от непрерывного вглядывание в медленно ползущий участок поверхности, а во всем теле завелись вредные колючки, искалывающие затекшие части тела иголками усталости, Череп дернулся на тревожный зумер – Милашка потеряла связь с машинами.
– Началось, – тихо ругнулся Череп. Запуска дополнительные тесты убедился что вся связь пропала, – Косяк запускай зонды.
– Что уже? – удивился стрелок,- до кратера еще с полсотни километров…
– Без вопросов, – оборвал дискусию Череп, – запускай.
Установленный между ракетными бобинами блок, выглядел уродским наростом, отличавшимся от корпуса Милашки, как по рубленым формам, так и по топорным следам креплений. Из установленной в спешке коробки, вылупился металлический уродец. Выставляя лопасти, со скрежетом развернувшиеся в размах, втрое превышающий метровый цилиндр с зеркальным брюхом, метеозонд словно принюхивался к атмосфере.