– Как ты сказал?! – вскинулся Череп.
Затаив дыхание ждал ответа, боясь вспугнуть идею, вспыхнувшую сверхновой и сияющей в черноте тягостных ожиданий путеводной звездой.
– Пряжкой по заднице, очень я скажу болезненно даже…
– Да не про задницу! Кто воспитывал?
Не понимая что так заинтересовало командира в богатом на воспитательные процессе детстве, Косяк растеряно произнес:
– Дед воспитывал…
– Сколько ему? Он еще работает?! – выстреливая вопросы словно из пулемета, Череп спешил обтрясти призрачную идею конкретными данными. Проявляясь все четче и четче штришками отдельных этапов, мимолетная догадка вырисовывалась грандиозным планом, – Он же у тебя в каком чине?
– Под сто уже… С какого фига ты опять вспомнил мою родословную? – подозрительно пробурчал Косяк, но видя как взволновано, едва не подпрыгивая командир дожидается ответа, растеряно отвечал, – на пенсии он давным давно. Ушел генералом. В последнее время был контракт с РУСЭНЕРГО на должности представителя Наемного Батальона в совете директоров…
– Так Косой твой дед? – потрясенно переспросил Рвач, едва удерживая челюсть от падения об пол, – тогда тебя за что сюда?!
– За распи…, – гордо ответил Косяк, но вовремя себя одернул, – за разгильдяйство.
– Узнаю командира, – улыбнулся Рвач воспоминаниям, – суров как топор… представляю твое детство парень. Он был нашим куратором, гонял и в хвост и в гриву. А после Бардака, помогал всем найти хоть какое-то место в жизни. Только я плюнул тогда на все и рванул на Марс…
– Мне соизволят объяснить, что здесь в конце за голосериал происходит? – вновь пытаясь взять беседу под контроль, Удав огласил ангар зычным командирским ревом.
Встрепенувшиеся наемники пристыжено затихли. Взгляды присутствующих устремились на молчащего Черепа. Освещенное мерцанием планшета лицо лейтенанта словно превратилось в маску, а в красных глазах мелькали строчки и чертежи с планшета прокручиваемы в режиме непрерывной перемотке. Возвращаясь в действительности только от подергиваний Косяка за рукав, решившего оторвать командира от увлекательно чтения, Череп встрепенулся и довольно усмехнулся.
– Кажется, я знаю как положить выход всем проблемам одним махом.
* * *
Стоя на возвышенности перед центральным проектором командного центра, Череп вглядывался в море белеющих в темноте лиц операторов, и шумных рядов забитых до упора кольцевых уровней. А по боковым проходам высились треноги фиксаторов для открытой трансляции многочисленные платформы еще не оживших проекторов, на которых будут удаленно присутствовать большие чины из всех Батальонов Марса. Сегодня, буквально с минуты на минуту ему предстоит озвучить план одной из самых грандиозных битв которые только велись на планете и не только.
Тщательно разработанная войсковая операция, отдельными этапами была разослана на изучения многим командирам застав и отдельных подразделений. В каких-то мелочах уже были жаркие споры, изменения но в большинстве принимались без поправок. Но общий план и его цели были озвучены только узкому кругу людей. Ох и попили ему тогда крови. Докапываясь почти к каждому движению отдельных подразделений, пункту общего плана, каждый пытался понять замысел многоходовой операции с привлечением не виданных в обычных сражениях специалистов и участников. А сейчас ему предстоит выдержать последний рывок, и разработанный и отшлифованный с Шептуном до блеска план приведет в действие тысячи единиц техники, десятки тысяч людей будут приближать победу, и миллионы ждать свободного глотка воздуха…
Стараясь сдержать волнение и тревожное ожидание терзавшее нутро ненасытным зверем, Череп закусил губу, в сотый раз вновь погрузившись в пучину расписанных поэтапно действий.
Большой проектор налился свечением и вспыхнув белым сиянием, мгновенно налившись чернотой фона набух золотым барельефом оскаленной псиной пасти. Заигравший бравый марш огласил собравшихся о начале мероприятия обросшего тьмой слухов и домыслов.
– Тишина в зале, – разнесся в помещении требовательный голос усиленный динамиками, – операторам проверить готовность каналов связи. Объявляется минутная готовность.
Вспыхивая новыми источниками света, проекторы голограмм освещали полумрак командного центра яркими свечениями. На "командной высоте" появился Удав. Ободряюще кивнув, встал у командорского кресла.
– Встать! Смирно! – разнеслась по залу команда дежурного офицера, – Командор на мостике!