– Я все тот же, – со слабой улыбкой проговорил Дыба, но тут же добавил, – Но кстати насчет Ордена ты зря. Это же получается идеология будущего всей планеты, ты только предста…
– Все! На хрен! Не начинай мне клизьмить голову! – Отпрыгнув в сторону Косяк ощерился привычной маской острого на слова товарища, – Ты не на проповеди… и я не хочу никакой высокой миссии смысла жизни и ответственности за будущее человечества!
– Хватит вам, – оборвал начавшуюся дискуссию Череп.
Затихшая было канонада, вновь загрохотала разрывами, и небо, затянутое черными шлейфами с баррикад, вновь запылало энергетическими бликами. Земля дрогнула от ожившей вдалеке стремительной карусели тысячи машин и нервно за озиравшаяся молодежь из лаборатории по приседала на песок прикрывая уязвимы стекла шлемов руками.
Оглянувшись на проем в стене куда тяжело загребая песок устремилась вереница пехотинцев вооруженных до зубов, Череп поторопил друзей:
– Закончили треп и догоняем саранчу. Иначе будем в темноте аукать.
– А я умею еще кукушкой куковать…
Но Череп уже не слышал шутки товарища. Отбросив шлейф коммутатора стал жестами подгонять всех в глубь провала. И окунувшись в темноту туннеля замер.
Включив фонари скафандра, немного постоял давая привыкнуть глазам к черноте. С интересом оглядываясь, получил нетерпеливый толчок в спину, и погрозив в темноту кулаком, стал медленно перебирать ногами, с опаской глядя куда поставить ногу. Из усыпанного песком пола, выпирали стальные трубы и вязь кабелей, превращавшие путь в туннеле пытку бездорожья. Постоянное соскальзывание на особо вспучившемся горбе, валило людей на землю словно пьяных, а не ловкие попытки поймать равновесие широко раскинув руки, позволяли людям упираться о бугристые стены с тихим матом.
– Кто же так строит блин…, – раздался в ушах очередной гневный вскрик Косяка, и рулада соленых ругательств прокатилась по эфиру раскатами грома.
– Да тихо ты,- шикнул на него идущий рядом техник, – твари хорошо по звукам ориентируются, а ты мало того что топчешься как слон, так и орешь в эфире как в жопу раненый!
– Тебе легко говорить, у тебя вон какой фонарище, а у меня две иголки в жопе негра…
Закатив глаза, Череп тяжело вздохнул. Товарищ как всегда был в центре внимания. Кровь износу что и большинство падений были не настоящие, а так, разбавлением монотонной ходьбы по коридорам, поводом выругаться с особым подходом и банально заполнить пустоту молчаливого напряжения. Ходьба по темным коридорам угнетала однообразием, темнотой, и продолжительностью медленного погружения в неизвестность. С каждым шагом все отчетливее чувствовалась неровная вибрация стен и от этого всепроникающего ритма скребло на душе, и становилось еще неуютней.
– Быстрее быстрее, – торопил шепот пехотинца на выходе из туннеля, – шевелите поршнями!
Дыра из которой они выпали, вливалась в широкий коридоре с массивными стенами и высоким потолком, при большом желании сюда можно было вогнать несколько танков и они бы спокойно разъехались даже не задевая высокого потолка. Передвижение уже давалось значительнее легче из-за большого количества песка щедро укутавшего все неровности пола ровными гладями. Оставляя еще больше следов на песке, вся компания бросилась вглубь туннеля.
Выскакивая из темноты в полумрак зала, Череп осмотрелся.
Широкий зал казался был прижат нависающим потолком, висящие мотки кабелей и открытые панели технологических люков болтались от гулявших сквозняков, придавая помещению вид заброшенного производственного помещения. Все проникающий песок намывал кучи поверх переплетений жгутов черных кабелей сходившихся к бесформенному наросту посреди зала, притягивающий взгляд своей неправильность и отрицанием геометрии, словно изуродованное дерево растущей из пола и врастающей вязью корней в хаотичное переплетение балок потолка.
Не сумев удержаться, Череп все таки поскользнулся на песчаном барханчике подло скрывшем под своим мягким горбом стальной вырост на котором подошва соскочила как на льду и нелепо раскинув руки он здорово приложился спиной о пол.
– Да что же за издевательство, – прошипел Череп.
Поднявшись с пола двинулся к возвышенности, с интересом рассматривая потолок. Прорываясь сквозь нагромождение балок, кабелей и гудящей аппаратуры, красный свет чудом пробивался на ярус и искажаясь ажурными сплетениями ложился кровавыми лоскутами на фигуры людей, окрашивая фигуры закованных в броню пехотинцев в кровожадные камуфляжи.