Словно услышав невероятную историю патрульная, закрыла губы ладонью. В глазах страх и восторг от открывающихся перспектив такого "вирта", где каждый не будет зависеть от приоритета доступа, где каждый свободен как птица. И будут обитать свои создания, самостоятельные личности искусственных разумов. Но на сияющий взгляд набежала тень тяжелой мысли и девушка испугано произнесла:
– Постой, получается что если каждый может быть свободен и не зависеть от ресурсов корпораций… то весь наш вирт превратится в полный бедлам! Как же регулировать отношения в обществе, между корпорациями? А теперь еще эти создания… Тут же будет полная анархия!
Безразлично пожав плечами, Череп сказал:
– Что касается шептунов, то с ними еще не все так однозначно. Ни кто не собирается их выпускать в ваш вирт. Здесь будет пока только Милашка, присматривая за выполнением основной задачи, будем за ней наблюдать. Посмотрим на ее способности по уживчивости с людьми. А насчет остального – это уже зависит от вас. Захотите анархию – творите беспредел, захотите другого – создавайте. А если честно, то мне абсолютно все равно как вы будете жить дальше. Для меня главное, что происходит на Марсе. Планете ставшей моим новым домом и семьей.
Прерывая их диалог рядом возник хмурый Косяк. С опаской одевая талик, еще больше отливающий опасной краснотой, раздраженно бросил:
– Хватит лясы точить! Пора делом заняться!
– Ты чего такой дерганый? – спросил Череп, отмечая не свойственную для друга хмурость лица.
Вечно улыбающийся товарищ, после перехода на Землю как то увядал прямо на глазах, теряя свою легкость в общении, превращался в дерганого мрачного типа.
– Все же идет по плану. Ты сообщение составил?
– Угу по плану, – мрачно согласился Косяк, протягивая перламутровую жемчужину личного послания, -… в пирамиде все тоже начиналось планово. А закончилось морем крови и фарша.
– Хватит тебе каркать, – проворчал Череп, перенимая от товарища нервное состояние. Ведь сейчас придется сделать шаг в неизвестность, что ждет их за пределами шлюзовой реальности далеко не радостными объятиями. Совсем не ждет. А если вспомнить и прокрутить в голове всю грандиозность задуманного то в груди зарождалась волна мандража, начинавшая подъедать нутро с противным дерганьем века и желанием засомневаться в правильности пути, а лучше бросить все и забиться подальше, а лучше вернуться на Марс.
– Все готовы? – встряхнув головой, лишний раз спросил Череп, глядя на спутников. Услышав рассеянный ответ Лизы погруженной в собственные мысли, бурлящие внутри тяжелыми думами, и заставляющие девушку замирать статуей, бросил взгляд на мрачного Косяк, проверяющего скорость активации клинков.
Осмотрев стены, что теряя ритмическую пульсацию наливались четкими гранями сот и пучились объемом, придавшем стене ощущение не пробиваемости, Череп глубоко вздохнув подхватил попутчиков под руки, и шагнул в резко растаявшую стену.
* * *
Мир без солнца и неба. Ни одного свободного участка, где бы взгляд мог отдохнуть от буйства форм и соединений. Громоздясь неровными кубами, слоеными пластами серости и мешаниной всех архитектурных стилей, реальность мусорки встретила гостей тяжелым духом безысходности. Тяжелые формы, что без системы и вкуса втекали, вклинивались и пересекали с друг другом в хаотичном порядке давили ощущением кладбища не нужной информации. Моргом остывающих трупов информационных порталов, которые оказались не нужным хламом и заканчивая свой путь на бесплатных ресурсных кластерах, еще продолжали мерцать едва редкими переливами приглашая прохожих заглянуть в нутро пустых знаний, давно потерявших свою актуальность, но оставленных пылиться на задворках мусорки.
Оказавшись снаружи портала, Череп с интересом осмотрелся. В отличии от соседних, то ли зданий толи хибар, уже черневших провалами поврежденных внешних форм, из здание выглядело только что отстроенной пирамидой, выделяющихся на фоне убогости и ветхости как новая монета на куче хлама.
Возвышаясь чужеродными правильностями граней, тяжелым бардовым цветом пирамида бесцеремонно попирала соседние лачуги, и словно живая пульсировала тяжелым ритмом бьющегося сердца.
С каждой пульсацией растворяла соседние порталы, поглощала содержимое и занимая освободившиеся ресурсные крохи, разрасталась в ширь и ввысь.
– Череп это называется тихо и не заметно?! – потрясенно прошептал Косяк.