– Я думаю. Еще минут десять, пятнадцать и мы будем готовы, – четко отрапортовал Череп.
– Хорошо. Вам времени двадцать пять минут, – отрезал офицер повернувшись на каблуках, спокойно вышел с бокса.
Только заметил, что не осознано задерживал дыхание, Череп выпустил воздух. Повернувшись к экипажу, увидел Дыбу делающего гимнастику. Выдыхая паровозом, Дыба выполнял наклоны и взмахи руками.
– Череп присоединяйся, помогает, – заметил Косяк, пытаясь не сбиться с темпа заданного Дыбой.
Присоединившись к друзьям, Череп засопел. Борясь с накатывающей тошнотой, загнал вырывающийся на экскурсию желудок, в тиски пресса. Зашумевшая в голове кровь, растекалась по телу лавой, но в тоже время вернула устойчивость, и возвращая привычные ощущения, весело застучала в висках глухим пульсом.
– Дыба, сходи к Носорогу, подыми их тоже на ноги ладно? А мы тут уже с Косяком сами справимся.
Слегка покачиваясь, Дыба поплелся на ругань из соседнего бокса. Срезая дорогу пробрался сквозь джунгли силовых кабелей и едва не наступил на распластавшегося Туза.
– Ну ты нашел где улечься, – усмехнувшись пробурчал Дыба, – Вставай давай. Сейчас командир крыла привалит, а вы тут лесоповал устроили.
– Тебе легко сказать вставай, – перевернувшись на спину ответил Туз, алея свежими ушибами на лбу, досадливо поморщился, – Ваша штука… поубойнее всякого похмелья. Звери. Сами то – как огурчики.
Подперев ремонтную консоль качающимся Тузом, "везунчик" показал упражнение и дождавшись пока стрелок семерки перестанет заваливаться, осмотрелся.
Слепень откачивал Носорога. Вскрыв стандартный пакет, достал металлического ежа. Поигрывая на свету игольчатым блеском, плоская аптечка замигала индикаторами готовности. Механик взвесил на руке чуду высоких технологий, уже присматривался куда бы пристроить "ежа".
– Погоди, – поторопился Дыба, – ты ему только хуже сделаешь. Накачаешь сейчас химией, он и поплывет. Давай по-другому.
Объясняя идею физического упражнения, Дыба терпеливо дожидался пока механик семерки сообразит в какой последовательности делать упражнения. Ставя ругающегося Носорога на ноги, Дыба уважительно посматривал на Слепня.
– Молодец. Вы с Косяком как братья. Прям по одному рецепту деланные. Вестибулярный аппарат как у пингвина.
– Че?
– Да я говорю, хорошее чувство равновесия. Хорошо мозг адаптируется к резкой смене реальностей.
– Че?
– Да ни че!
– А че?
Дыба в сердцах плюнул. Развернулся к Носорогу. Тот уже бодро делал взмахи, чередуя с наклонами. Раскрасневшаяся рожа, еще сохранила пятна бледности. Но в целом приобретала привычный окрас.
– Все парни. Я потопал.
– Дыба а что за ерунда то такая, это так каждый раз будет?! – поинтересовался Носорог, попробовав сделать первый шаг.
– Череп, сказал что привыкнем и все. Типа мозги еще не привыкли к таким сменам. Ну в общем он тебе сам по научному объяснит, – ответил Дыба, пробираясь назад к Милашке.
Возле Милашки толпа удвоилась. Заслышав о новинке, технари не ленились и стягивались с соседних ангаров. Окружив Черепа плотным кольцом, разномастный люд задавал вопросы по достоинствам грозно выглядевшей машины.
Косяк прикинулся по пояс деревянным, состроив дебильную рожу, убивая всякое желание задавать вопросы, отшивал очередного любопытного стеклянным взглядом. Еще только слюней не хватало. Блаженно развалившись у колеса, завидев Дыбу, стрелок оживился:
– О, ну как там? Доблестные "кабанчики" обгадили бокс?
– Да нет, – отмахнулся Дыба, усаживаясь рядом, – они молодцы. А Слепень, меня вообще удивил. Как ни в чем не бывало. Аппарат пашет без сбоев.
– Ну еще бы, – за ехидничал Косяк, -…у него весь мозг и есть ентот аппарат. Ты что не заметил?
– Да есть немного. Вообще он какой-то, странный.
– Да нормальный пацан, – заступился Косяк, – просто у него, такая психологическая защита от быстрых смен обстановки. Можно сказать, первичная реакция организма.
– Ничего себе… Косяке ты чем успел удариться? Голова не болит?
– Да ладно тебе… О, кстати, вон и наш командир, с каким-то коротышкой топает.
В лифтовом проеме показались фигуры офицеров, энергично переговариваясь, направились к боксу с толпой. Одна из фигур белела знакомой белобрысостью, а вторая выделялась энергичными шагами.
– Кстати… капитан, – прищурился Косяк. Вздохнув, заскрежетал ботинками по полу. – Дыба видать, лейтенант решил взять себе подмогу. Ни как сам командир корпуса, почтит нас своим вниманием.
Дыба свистнул. Командир выглянул из толпы техников, коротко извинился, подошел к друзьям. Проследив за мотком головы Косяка, слеповато прищурился.