— Подумайте, — повторил он и, наклонившись поближе, прошептал: — Поцелуй нас, Гил.
Рингил вздрогнул. Шалак задрожал и рассеялся. Вместе с ним исчезла часть сада. Из оставшегося на ее месте тумана вышел Флараднам. Вышел и как ни в чем не бывало сел напротив.
— Дело в том, Гил, что если бы я занял такую позицию при Гэллоус-Гэп, где мы все были бы сейчас? Уж я бы точно целым не выбрался.
— Какую позицию? — Рингил тупо потряс головой, вглядываясь в черные, как антрацит, черты кириата и не находя ни шрамов, ни даже царапинок. — Ты и не выбрался, Нам. Ты там и остался. Умер под ножом костолома.
Флараднам поморщился, словно услышал неудачную, оскорбительную для его вкуса шутку.
— Перестань. Если не я, то кто же руководил наступлением?
— Я.
— Ты?
— Да! Я. — Он сорвался на крик. — Ты же умер, Нам. Отдал концы. Мы бросили тебя. Даже не похоронили, оставили тело ящерицам.
— Гил, да что с тобой? Ты нездоров.
И так далее.
— К этому вообще можно привыкнуть? — спросил Рингил у Ситлоу, когда они сидели у мирно потрескивавшего костра. К поднимавшемуся дымку примешивался густой аромат сосновых иголок. — Ты долго привыкал?
Двенда удивленно посмотрел на него.
— Привыкнуть к чему?
— А ты как думаешь? Ко всем этим призракам, посещениям. Только не притворяйся и не говори, что ты их не видишь.
Двенда кивнул, но скорее себе, а не спутнику.
— Не буду. Конечно, ты прав, я их вижу. Но не так, как ты. Это не мои альтернативы, и для меня они ничего не значат. Я вижу лишь некое мельтешение вокруг тебя, вот и все. Что-то вроде тумана. С людьми так всегда.
— Ну да, — раздраженно бросил Рингил. — Только вокруг тебя никакого тумана не видно. Когда я этому научусь?
— Думаю, не скоро. — Двенда смотрел на огонь, и лицо его ничего не выражало. — Насколько мне известно, до сих пор никому из людей это еще не удавалось, разве что… но нет, он ведь был не совсем человеком.
— Кто?
— Не важно. — Ситлоу поднял голову и печально улыбнулся. — Ты спрашиваешь, сколько потребуется времени. Честно говоря, не знаю. Я с этим родился, как и все мы.
Потом они долго шли по узкой лесной тропинке, сначала между деревьями, потом вверх по склону холма. Глядя в спину широкоплечему двенде, Рингил думал о том, как странно, что он так легко, не задавая вопросов, подчинился чужаку. В этом было что-то неправильное. Просачивавшийся между кривыми стволами бледный свет помогал не терять из виду дорожку, но по-настоящему светло не становилось.
— Куда идем?
— Куда ты хотел, — бросил через плечо двенда, не оглянувшись и даже не замедлив шаг. — Выполню за тебя твое обязательство.
— И с какой же стати?
Ситлоу многозначительно ухмыльнулся.
— У тебя короткая память, Рингил Ангельские Глазки.
— Хорошо, что еще хоть что-то помню, — проворчал Рингил. — В таком месте…
Он зябко повел плечами.
В саду какой-то седой солдат в форме императорской армии, сказав, что знает его, ударился в воспоминания о кампаниях в пустыне, в которых Рингил никогда не участвовал.
— А ведь мы предупреждали старика Эршнара не уходить с холмов. Не слушали. Эти придурки понятия не имели, что такое война в пустыне. Неудивительно, что до нашего подхода чешуйчатые порвали их на куски. Помнишь, что они сделали с его ребрами? Помнишь, каким оставили?
— Не помню. — Ответил поспешно — в голову уже лезли страшные картины с пропеченного солнцем, незнакомого берега. — Говорю же, меня там не было.
— Знаешь, я потом несколько месяцев не мог избавиться от кошмаров. — Солдат как будто и не слышал его протестов. Наверно, ему, как и всем им, просто нужно было выговориться, тогда как Рингилу, чтобы жить дальше, оставалось только сопротивляться, отказываться, отбиваться в меру сил от всех этих призраков с их небывальщиной. — Да и сейчас такое бывает, особенно летом. Просыпаюсь с криком, в поту, а перед глазами они, лезущие из песка чешуйчатые рожи.
— Чешуйчатые пришли с моря, — твердо сказал Рингил. — В пустыне их не было. Они выползли из западного океана, и туда мы их загнали. Это я помню, так все и было. А тебя в глаза не видел.
В глазах солдата отражались удивление и обида. Такое же выражение было у Дарби, когда Рингил предложил ему денег. А какое было, когда его убил Искон Каад? Рингил пристыженно отвернулся.