— Но? — выразительно приподнимает брови чувствуя подвох, пока Тайфер концентрирует свои мысли в отблеске серебристого колечка.
— Но сначала я покажу тебе одно место. — Он с готовностью поднимается, протягивая раскрытую ладонь.
— Как красиво! — восхищённо выдыхает Валери, когда спустя несколько поворотов в светлых коридорах, Локи распахивает стеклянные двери, впуская девушку в зимний сад.
Здесь так светло, будто повсюду тысячи ламп.
Множественные зелёные насаждения от которых нельзя просто так оторвать взгляда. Молодой человек проводит её к двум нежно-голубым мягким креслам. Единственное, что их отделяет от огромных окон напротив – маленький самодельный оазис. По камням стекают ручейки прямо в нишу с водой, которая струится вдоль всего помещения.
— Здесь всё в точности так, как делала моя мама. Отец собственноручно ухаживает за всеми растениями и этим дурацким мини-озером, — добродушно смеётся Локи. — Я мало что помню из детства, но как он возился с этим оазисом запомнил навсегда. Мама с отцом даже переругались из-за него, но он всё равно доделал своими руками. Тогда я узнал, что такое настоящая любовь.
От его дыхания у Валери бегут мурашки где-то глубоко под кожей. Локи Тайфер открыл двери не в зимний сад, он открыл двери в своё сердце, поросшее таким же густым терновником, как эти стены плющом.
— Просто нет слов от такой красоты. — Она боится даже в полный голос сказать, чтобы не спугнуть умиротворённое настроение Дьявола.
— Тогда советую поднять голову, — улыбается он, оголяя зубы, внимательно наблюдая за тем, как она ахает, исполняя просьбу.
Так вот откуда здесь обилие света – потолок стеклянный.
Над головами стремительно проплывают пушистые облака, а солнце так и старается залить своей яркостью всё помещение. Властная рука Локи притягивает её за талию к себе.
Он подстраивается под поверхностное дыхание, будто бы устанавливая связь. Только не дышать глубоко для него пытка какая-то. Особенно сейчас, когда он так уязвим.
Говорят, мужчины на всю жизнь запоминают свой первый раз. Ложь. Им бы всем пообщаться с Локи, и он докажет обратное.
Её шампунь отдаёт какими-то фруктами или цветами, но ему нет до этого дела, ведь этот запах всё равно стремительно застревает в альвеолах.
Локи знает, что находясь с ней на таком критическом расстоянии – подвергает опасности ещё большей, нежели бы они существовали в отдельности друг от друга. Но отпустить своим усилием уже не может. Не сейчас, не после этого решения.
— Ты первая и единственная, кто попал сюда, — хмыкает Локи.
Вэл хорошенько прикусывает язык. Мозг отчаянно борется за то, чтобы ревнивое сердце не кинуло это едкое: «Даже Элиссон сюда не приводил?». Мозг выходит победителем в очередном бою.
— Звучит так, будто ты собираешься меня убить тут, — милый смешок слетает с её губ, отчего Тайфер тоже не удерживается от невинного смеха.
— А я ведь мог бы. — Пожимает он плечами, пока она разворачивается к нему лицом, упираясь ладошками в грудь.
— Дурак ты, Локи Тайфер!
— А раньше был монстром, дьяволом, чёртовым эгоистом, — тихо усмехается он, припоминая все свои титулы.
— Теряешь хватку? — дёргает бровью Вэл.
— Ты про эту хватку? — копирует её мимику Локи, резко сжимая упругие ягодицы, отчего Валери не удерживает в себе смех.
Глава 3. Тот, кого мечтают убить
Центр Харгандера никогда не спит. Иногда создаётся впечатление, что стоит ему уснуть хотя бы на секундочку, как вся эта величественность и грузность разрушится, останется только город-приведение с озлобленными духами, которые будут слоняться туда-сюда, освещая пустынные улицы своими глазницами-безднами.
Такую страшную ошибку город не допустит никогда, а зубастые акулы и дальше будут живиться несчастными людишками, так отчаянно пытающимися вырваться из этого болота.
Мужчина закатывает рукава своей белоснежной рубашки. Про таких как он говорят: «В крови по шею», только то, что отличает его от общей массы – эта фраза, применительно к нему, совсем не метафора. У него действительно вместо воды из душа - огромными вязкими каплями бежит ярко-алая жидкость.
Два чёрных поблёскивающих камня на месте глаз больше напоминают по своей глубине «Чёрную звезду Квинсленда» размером в тысячу карат. Если заглянуть в них, то любое сердце начнёт биться в четыре раза быстрее, желая как можно скорее продрать грудную клетку и избавиться от чувства затягивающего страха и мрака в нём таящегося.
Волосы цвета чёрного янтаря уложены на затылок с помощью геля, но несколько прядок всё же спадают на лоб, слегка закручиваясь. Выраженные скулы и ямочки на щеках скрыты ото всех смольной бородой. Если бы мужчина решился отрастить бороду на пять – десять сантиметров длиннее, то он ежесекундно обернулся бы в доброго дядечку-бармена из соседнего бара. Над носом с небольшой, едва уловимой, горбинкой поселился маленький шрам. А на переносице – никогда не разглаживающаяся глубокая морщина.