Пальцы Локи быстро нащупывают льдышки приросшие к стулу, аккуратно проводя по ним фалангами. Вэл выгибает тёмную бровь, оборачиваясь на него, а устрашающая ухмылка обретает довольное послевкусие.
Все рассказы о нём становятся наглядной явью: он – монстр, который не скрывает этого; виртуозно упивается болью всех присутствующих. Его не смущает гроб, скорее забавляет, отчего красные искорки в глазах так задорно пляшут. И только едва ощутимые касания тёплых пальцев выдают сильнейшую привязанность к сидящей рядом, отчаянно доказывая – монстр умеет любить и сочувствовать. Он отдаёт своё тепло ледяным пальцам с видом маньяка, который смотрит чётко вперёд, на святого отца.
Вэл аккуратно обводит взглядом всех присутствующих здесь, словно сканируя уровень опасности.
Справа сидит расслабленное чёрное пятно в красных кедах – Рэджи. За ухом, уже по традиционному обычаю, сигарета. Как только Коршунов покинет этот мир, то Хьюго станет Тенью Валери. Поэтому, когда встал вопрос о найме телохранителя, Рэджи с готовностью вызвался добровольцем, аргументируя своё поведение должностными обязанностями.
Чуть поодаль сидит бабушка по линии матери, которая ни разу не моргнула своими светлыми серыми глазами, смотря в упор на внучку. Белые паутинки волос Кэтрин О'Коннор убраны в высокий пучок. В этом взгляде полно укора и сострадания, и не ясно, чего преимущественно больше.
На плечо девушки с грациозным изяществом ложится ладонь. Одри Брэдли - родная тётя Вильяма и Валери сидит точно за спиной, пытаясь успокоить любимую племянницу, и кидая сочувственные взгляды на любимого племянника.
Вильям, уловив этот взгляд, оборачивается на неё, неловко кивая головой. Но прочувствовав радужки сестры из-под мёртвых стёкол – слегка тушуется, чуть пожимая плечами и поджимая губы.
Валери видит, как отец поднимается к проповеднику, и как утончённая бабушка Маргарет Брэдли крепче вжимается пальцами в чёрный пиджак дедушки Роберта.
Остальной скоп людей она не знала. Были какие-то дальние родственники, но Валери их попросту очень смутно помнила. Семейка не из сплочённых.
— Аспиды, — едва шевеля губами произносит Рэджи. — Не поворачивай голову резко, —ухмыляется он.
Валери придвигается поближе к напарнику, аккуратно поворачивая голову, обжигая горячим дыханием шею мужчины.
Все мышцы его тела резко напрягаются, а грудная клетка замедляет дыхание.
Вот бы закурить сейчас.
Аспиды были не в полном составе, только Фрай Далеон в сопровождении нескольких парней. Но все их взгляды были направлены исключительно на макушку Локи, будто ожидая приказа вцепиться и выпустить в Волка яд. Хитрая усмешка на губах Далеона выдаёт гнилую правду: убийца пришёл на похороны, не скрывая своей причастности.
Позвоночник леденеет, когда Вэл слышит голос биологического отца. Остался таким же глубоким, убеждающим, - его услышит даже глухой. Чёрный взгляд, словно мазута обволакивает сердце, сжимая с такой силой, что оно обязательно бы сплющилось, если бы не два мужчины, поднявшихся, как живой щит, по бокам. Звон в ушах оглушает, когда Тайфер предлагает ей опереться на руку.
Уже? Так быстро? Что говорить о человеке, который пытался убить?
Руки Рэджинальда сцеплены за спиной. Сейчас можно рассмотреть Тень во всей эстетичной красе: двигается бесшумно, позади Валери и Локи, каждый отточенный шаг – качественная копия шагов впереди идущей пары.
Тайфер никогда не думал, что её пальцы настолько отчаянно будут вжиматься в руку. Ему бы хотелось расправить чёрные крылья Падшего Ангела с изломанными костями и кровавыми перьями, и спрятать хрупкую фигуру, сдавливаемую тугой обсидиановой тканью, поделиться жаром всего адского пекла. Лишь бы она не рассыпалась на его глазах. Лишь бы гордо приподняла подбородок и встала за стойку.
Троица украдкой кидают взгляды на гроб. Лицо Локи остаётся ледяным мрамором, Рэджи бросает уничтожающий взгляд на довольного Джеймса, а в глазах Валери темнеет. Весь мир сливается с цветом пиджака Локи Тайфера: всё такое же идеально-чёрное. Его рука куда-то исчезает, появляясь на талии, подталкивая сделать шаг. Будто бы учит заново ходить.