С помощью многочисленных свидетельств постепенно была восстановлена хроника последних дней вождя. Накануне удара у него было обычное застолье в привычном кругу (Маленков, Берия, Хрущев, Булганин), закончилось оно под утро. Хозяин стола был в полном здравии и даже хорошем расположении духа. Но на другой день он долго не подавал никаких признаков жизни. Беспокоить его никто не смел, таков был неписаный железный закон, он всегда сидел взаперти и сам давал о себе знать. Через несколько часов охрана все-таки осмелилась проникнуть к нему. К тому времени он был без сознания уже в течение нескольких часов. Стали звонить Берии, долго не могли его найти. Наконец нашли, но он приехал не сразу, почему-то не поспешил. Когда он, Маленков, Хрущев и Булганин наконец прибыли, вождь по-прежнему находился без сознания. Берия накричал на охрану, заявив для начала, что товарищ Сталин просто крепко спит. Таким образом, прошло много часов до тех пор, когда никому не знакомые врачи с дрожью в руках подступились к Сталину, который так и не пришел в себя. Приехавшие наконец медицинские светила сделать уже ничего не могли. Утверждают, что о смерти Сталина Берия оповестил собравшихся словами: «Умер тиран!» Вспоминают также, что прибывший вскоре после других к лежавшему без сознания вождю Василий Сталин кричал: «Убили отца?» Правда, говорят, что он, как обычно, был пьян. Существует немало версий о том, как проходила последняя стадия сталинской агонии, нет смысла их пересказывать. Вот только одна из них, наиболее, по-моему, любопытная и логично входящая в общую канву нашего повествования, принадлежит она перу Ю. Борева, который уже упоминался выше. Итак:
«В феврале 1953 года дуайен зарубежных послов в Москве сделал Молотову заявление от имени возглавляемого им дипломатического корпуса:
— По нашим сведениям, предполагается суд над так называемыми врачами-убийцами, который носит явно антисемитский характер и вызовет повсеместные еврейские погромы. Если этот кровавый спектакль будет разыгран, то все аккредитованные в Москве послы покинут СССР, посольства будут закрыты и дипломатические отношения прерваны.
Молотов доложил об этом заявлении на заседании высшей партийной элиты, и ряд людей (в том числе и сам Ворошилов) высказались против этой акции. Сталин молча покинул заседание и не появлялся до своей смерти даже среди соратников.
Сталин уже не обращал внимания на протесты против ареста врачей со стороны Жолио Кюри и возглавляемого этим ученым движения за мир.
Сталин намеревался провести кровавую акцию невзирая на масштабы международного протеста. Степень его свободы от общественного мнения была столь высока, что означала или полное затмение ума, или полную готовность пойти на разрыв международных отношений со всеми ведущими странами мира. Последнее возможно только при твердом намерении развязать мировую войну.
Возможно, Сталин умер за пять исторических минут до атомной катастрофы мира. Случайно при таких обстоятельствах не умирают. Если же правда, что Сталина устранил Берия, то фантасмагорическая ирония истории, ее парадоксальность грандиозны: палач спасает мир от гибели».
Если все это и так, то Берия спасал прежде всего самого себя.
Гитлеру перед его концом изменили несколько ближайших соратников, а некоторые остались верны ему до конца. У Сталина таких коллег из его ближайшего окружения не оказалось…
Частная жизнь
Частная жизнь Сталина и Гитлера стала государственным секретом, как только они пришли к власти. Это вам не просвеченные насквозь президенты и премьеры западных демократий. О частной жизни фюрера до нас дошло гораздо больше сведений, чем о Сталине. Последний по своей натуре был еще более замкнутым и подозрительным человеком, чем Гитлер, и возвел вокруг себя непроницаемую стену секретности. Ему было что прятать от людей, причем как в своей политической жизни, так и в частной. Но все же и о его личности для потомков кое-что сохранилось. Во-первых, несколько книг воспоминаний его дочери. В них она немало пишет об отце, для которого из всех его родственников была самым близким человеком. Как Светлана была способной и старательной школьницей, так и оказалась вполне пристойной мемуаристкой, что для детей выдающихся личностей является большой редкостью. Их воспоминания, как правило, грешат субъективизмом, попыткой оправдать своих родителей (например, мемуары сыновей Жданова, Берии, Хрущева).