Русские претендовали лишь на занятии стратегически важных в военном отношении островов Ханко и Аландов. Советские требования относительно передвижки границ были осуществимыми. К тому же взамен финнам предлагалась вдвое большая территория Северной Карелии. Финляндия неоднократно получала предложения об обмене территориями, так как русские испытывали сильный психологический дискомфорт от осознания факта крайней уязвимости колыбели революции — Ленинграда. Северная Пальмира находилась практически на расстоянии одного пушечного выстрела от финнов. Самому крупному советскому флоту — Балтийскому, также выйти было практически некуда. Даже его стоянка на Кронштадском рейде просматривалась с финского берега. Ситуация в случае войны выглядела безнадежной.
По иронии судьбы, Сталин теперь тщетно уговаривал финнов пойти на уступки. Лишь два влиятельных лица в Финляндии, штатский Юхо Паасикиви и военный Карл Маннергейм, выступали в пользу принятия большинства русских притязаний. Сталин искренне желал достижения мирного решения, не собираясь отказываться от основных требований. Однако правительство Финляндии все еще находилось в плену иллюзий.
Оно не обеспокоилось даже наиболее тревожным обстоятельством, то есть тем, что Германия — традиционный противовес России в районе Балтики — убеждала Финляндию принять русские предложения. Когда 9 ноября 1939 года советско-финские переговоры окончательно зашли в тупик, Сталин санкционировал другие средства, тем паче, что возможности к тому незамедлительно представились. Одновременно, всячески избегая официального объявления войны.
26 ноября близ селения Майнила с финской стороны был открыт огонь по советским пограничникам.
28 ноября Молотов денонсировал пакт о ненападении, заключенный между Финляндией и СССР.
30 ноября советские войска перешли в наступление на всем финском фронте протяженностью полторы тысячи километров. Практически одновременно были организованы дипломатические и политические акции против финнов. Срочно провозглашается создание бутафорского государства Финская Демократическая Республика во главе с коммунистом О.В. Куусиненом, немедленно признанное Советским Союзом. Военные операции, проводимые Красной Армией, объясняются необходимостью оказания помощи новоиспеченному правительству, находившемуся в финском местечке Териоки.
По аналогии с русскими, в Финляндии высказываются идеи о создании марионеточного антисоветского правительства. В Хельсинки немедленно обращают внимание на заявление Керенского, резко осудившего поползновения Советов. В то же время выдвигается мысль о приглашении Троцкого для сформирования альтернативного российского правительства. Но эта явно абсурдная идея не получила последующего развития и практической реализации. Она, видимо, лишь самым роковым образом сказалась на судьбе Троцкого, продолжавшего оставаться вне закона. Время от времени диссидент, забаррикадировавшийся в Мексике, дает о себе знать и делом чести для Берии становится необходимость его ликвидации.
Нападение гигантской Советской державы на крохотную нацию вызвало негативную реакцию общественности во многих западных странах. 14 декабря было организовано исключение СССР из Лиги Наций. Между тем, в Советском Союзе думали иначе. Ученый Вернадский в начале декабря делает следующие записи в своем дневнике: «…Огромное впечатление от Финляндских дел… Сталин действительно мировая фигура… В радио впервые слышал прием и голос Сталина. Удивительно, как при таких неблагоприятных посылках — голос и акцент некультурный, — и такой успех!… Но сейчас я ярко чувствую, что сейчас у нас масса, и масса сознательно за активную политику Сталина в Финляндии и в Польше».
За два месяца до этого он выражается следующим образом: «Захват западных областей Украины и Белоруссии всеми одобряется. Политика Сталина-Молотова — реальная, и мне кажется правильной государственно-русской».
Мнение западных политиков в корне отличается. С началом русско-финской войны в Англии и Франции развернулась бешеная антисоветская кампания. В этих странах почти совсем забывают о состоянии войны с Германией и самым главным их врагом становится Сталин. Особенно бурные дискуссии разворачиваются в Великобритании. Больше всех озаботился Чемберлен: его правительство вступает на скользкий путь, который вполне может закончиться открытым военным столкновением с Советским Союзом, лишь для того чтобы, поддержать страну, которая, по всей видимости, скоро потерпит поражение. Почти все единодушны во мнении, что Британия имеет моральное обязательство поддержать Финляндию, и лишь немногие против этой политики, несмотря на то что ценное вооружение и материальные ресурсы выбрасывались на ветер.