Мортира «Гамма» была вторым рождением «Толстой Берты» времен Первой мировой войны. Её снаряды калибра 420 мм весили каждый 923 кг и могли поражать цели на расстоянии до 14,25 км. Длина ствола составляла 6,72 м. Артиллерийская прислуга для обслуживания этого необычного гиганта насчитывала 235 человек.
Но «Гамма» была карликом по сравнению с «Карлом» калибром 615 мм, самым тяжелым орудием Второй мировой войны, специально применявшимся сухопутными войсками против мощнейших железобетонных укреплений. Бетонобойные снаряды весом 2200 кг каждый способны были пробивать мощнейшие бетонные перекрытия. Они выстреливались из чудовища, мало походившего на обычную мортиру. Казавшийся коротким, но тем не менее имевший в длину 5 м ствол и вся конструкция этого орудия в целом походили скорее на здание фабрики с необычной дымовой трубой. Однако и «Карл» не был законченным феноменом в области артиллерии. Ещё более мощный монстр занимал позицию в Бахчисарае, во «Дворце садов», старой резиденции татарских ханов. Он назывался «Дора». Солдаты прозвали его также «Тяжелым Густавом». Это было самое мощное орудие последней войны калибром 800 мм. Для транспортировки частей, узлов и деталей монстра требовалось 60 железнодорожных вагонов. Из своего ствола длиной 32,5 м он мог выпускать снаряды весом 4800 кг, то есть почти 5 тонн, на расстояние 47 км. Ещё более мощные бронебойные снаряды (7000 кг) «Дора» могла выпускать по целям, удаленным на расстоянии 38 км. Сам снаряд и отдельный заряд пороха к нему имели длину 7,8 метра, что соответствовало высоте двухэтажного дома.
Скорострельность «Доры» составляла 3 выстрела в час. Гигантское орудие стояло на двух железнодорожных колеях. Две зенитные батареи постоянно находились на боевом дежурстве. Для ведения огня, охраны и технического обслуживания требовался персонал численностью 4120 человек. В это число входили один генерал-майор, один полковник и 1500 солдат. Эти немногие цифры свидетельствуют о том, каким гигантом стала старая добрая традиционная пушка. И в этом смысле коэффициент её полезного действия был весьма сомнительным. Тем не менее одним выстрелом из «Доры» удалось уничтожить склад боеприпасов под Севастополем, в бухте Северной, располагавшийся на глубине 30 метров под землей.
Манштейн вот уже третий час находился в своем гнезде среди скал. Он внимательно следил за разрывами снарядов и сравнивал их с точными данными, которые ему предоставили командующие артиллерией его армии генерал-лейтенант
Цукерторт и генерал-лейтенант Мартинек. Обладая гениальным искусством полководца, Манштейн был все-таки специалистом, уделявшим большое внимание деталям. Вероятно, именно в этом и состоял секрет его военных успехов.
Зенитное орудие является просто незаменимым против таких укреплений. 18-й зенитный полк прославил себя в артиллерийских дуэлях под Севастополем. Настильный огонь из этих 88-миллиметровых орудий был наиболее эффективным против укреплений, возвышавшихся над землей. Применявшееся как и минометы, на самых передовых линиях огня, это чудо-оружие Второй мировой войны прямой наводкой уничтожало точечные цели — бункеры и закрытые позиции артиллерийской позиции. Только эти батареи 18-го зенитно-артиллерийского полка в сражении за Севастополь выпустили 181 787 снарядов.
С наблюдательного пункта Манштейна можно было распознать три глубоко эшелонированные оборонительные системы, защищавшие центр крепости: первая, имевшая от 2 до 3 км по фронту, была оборудована четырьмя рядами эшелонированных траншей, имевших проволочные заграждения, между ними — дзоты и доты. Разрывы мин у траншей и между ними в случаях попадания наших снарядов свидетельствовали о том, что русскими были оборудованы плотные противотанковые минные заграждения. Необходимо было учитывать, что многие из этих минных заграждений предназначались для защиты от штурмовых атак нашей пехоты.
Второй пояс обороны имел по фронту около полутора километров, к нему относились в его северной части, между долиной Бельбек и бухтой