Ну, а если у тебя группа, ты можешь спокойно идти в походы. Выдержишь любые стычки. Тебе всегда дадут лишний магазин к автомату, тебе прикроют спину даже ценой своей жизни. Что и сделал Блиц.
После его пропажи сталкеры выходили пару раз на задания, но проходили они тяжелее. И не понятно было: то ли просто привыкли полагаться на третьего человека в маленькой группе, то ли просто не хватало той импульсивности, какая в полной мере ушла с молодым сталкером. Не привычная тишина разъедала душу изнутри.
- Налей стопочку, – Михалыч присел рядом с Буксиром.
- Да что там стопочку? – воспротивился Буксир сталкеру и обратился к хозяину заведения. – Бармен, ну-ка оставь нам бутылку.
- Буксир, – Михалыч немного помолчал, подбирая слова, он едва Алину сдерживает от глупостей, а тут не хватало здоровяка чем-то поддеть, осторожно продолжил, – нам тоже его не хватает. Да, вы знали друг друга больше, чем я. В конце концов, ты-то жив.
- Мало ты знаешь, дед, – Буксир посмотрел на Михалыча так горько, что тот просто отвёл взгляд в сторону. – И он мне в очередной раз спас мою бесполезную шкуру, которую сам спасти не в состоянии. – Пошатываясь на стуле, он комически развёл руками.
- Согласен. Но мы все так поступили бы, разве не так? Разве он дал тебе жизнь для того, чтобы ты заливал себе глаза? – Михалыч сам того не ожидая хлопнул по столу ладонью. – Встряхнись сталкер, что ты как тряпка!
Слова Михалыча не принесло плодов. Перед бугаём, как в ресторане стояла тарелка с нарезанной колбасой, парой маринованными огурчиками (что было большой редкостью в Зоне) и кусками засохшего хлеба. Однако к таким яствам клиент и не думал притрагиваться. Буксир, несокрушимая, здоровая детина, сник. От того, что он перестал выходить на свежий воздух, кожа его была бледная, на лице прорезались скулы, а когда поднимал стакан, руки сильно тряслись. Но, похоже, его самого это не волновало.
В такую потерю не смогла поверить и Алина. Она потихоньку стала выходить из комнаты, но только по женским делам. Девушка никого не впускала и ничего не ела. Закрывшись в своей комнате, она садилась в уголок и, обняв свои колени, тихо плакала.
- Буксир, – Михалыч почесал задумчиво бороду. – Тебе не кажется, что сообщение странным было? Место гибели не указанно.
- Ну и что с этого? – Буксир стеклянным взглядом посмотрел на старого сталкера. – Михалыч, отстань. Иди лучше к Алинке, она вон уже стареет на глазах.
- Да как ты не поймешь, голова твоя соломенная? – Михалыч даже привстал со стула. – Обычно, при гибели, пишут место, имя сталкера и причину смерти. У нас же, имеется имя и причина…
- Вы слышите? – Буксир повернулся в зал и затих, забыв, что хотел сказать дальше.
Сталкеры не разделили непонятного им веселья – тактично промолчали. Никто даже не обернулся на его голос. Только разговоры стали ещё тише – ожидали новый срыв здоровяка. Блиц был не настолько популярным, чтобы о нём горевали все. Зона! Что еще сказать? Такое может произойти, и такое происходит, с каждым. Недалеко от барной стойки слегка сдвинулись стулья, якобы чтобы было удобно сидеть за столом.
Бармен замер, Михалыч напрягся. В необычайной тишине, со второго этажа, раздался дикий визг, заставив всех подскочить на ноги. Затем послышался топот, вот уже по лестнице спотыкаясь, кто-то спешно спускался. Будто сильно пьяный человек ставил новый рекорд по бегу с препятствиями. Судя по издаваемым звукам, выходило отвратительно. Раздался тихий женский вскрик, будто внезапно появилось то, что мягко напугало, после чего, отпустив забористое словцо, заставив посетителей удивлённо поднять брови, некто покатился вниз по лестнице.
Присутствующим в баре, теперь стало интересно, что это такое там происходит, что за возня такая? Но вскоре вернулись к своим делам, когда показалась едва стоящая на ногах Алина. Она подбежала к барной стойке. Пахнуло свежим перегаром. Затараторила заплетающимся языком, от чего Михалыч, мягко перебил рассказчицу:
- Алина, успокойся. Что случилось?
Девушка была напугана и в то же время, в её глазах, словно что-то зажглось, намереваясь разгореться до бывалого огня. От захлестнувших эмоций, она не могла собрать предложения воедино, а потому на сталкеров обрушился каскад слов. Как она его любит и как верила в него и то, что молитвы были услышаны. Заметив, что сталкеры не понимают, Алина на секунду замолчала.