Сталкеры по умолчанию, остались помогать Болотному Доктору с тяжелобольным пациентом. Хозяин хижины как всегда был не против. Вообще, эскулап резко выделялся своей человечностью и доброй душой. И откуда такой взялся? На первых парах, новички недоумевали, как он вообще выживает в Зоне, ведь денег за леченье не берет, ни с кем не торгует и ничего ни у кого не скупает и сам ничего никому не приносит. «Так ведь нельзя!» - всегда восклицали они.
Как оказалось, можно. Действительно, Болотный Доктор ни у кого ничего не брал, однако у него было всё: еда и не какие-нибудь консервы, а нормальная. Большой дом, операционные палаты и стационаром, артефакты, которые неизвестно где хранились, причём на лечение он не жаловал ни дешёвых, ни дорогих.
Всё было просто - сталкеры создали этакий фонд, который по умолчанию пополнялся обязательными тремя процентами, что изымались с каждого человека с любой прибыли. А уж те, кто действительно был благодарен Доктору за оказанную помощь товарищу или самому сталкеру, добавляли в этот фонд столько денег, сколько было не жалко.
Михалыч получил тревожную весточку от бармена. Немного посовещавшись, старый сталкер оставил Буксира в помощь хозяину. Работа была не тяжёлой: достань, принеси, это переставь. Что же ещё, как не работа, может спасти человека от неприятных мыслей? А сам отправился в путь. Что-то бармен даже не удосужился намекнуть на проблему, что само собой наводило на неприятные мысли. Если он не мог этого сделать, значит, дело серьёзное.
Вскоре и эскулап ушёл по своим делам. Сталкеру делать было нечего и он, выйдя во двор, уселся на скамейку за стол. Доска под тяжестью не малого веса жалостливо скрипнула. Вынув из-за пазухи бутылку водки, откупорил, жадно глотнул, словно эта была вода, которую пьёт страдающий от жажды и палящего солнца путник. Посмотрел в свинцовое небо. Тучи вызывали непонятную тоску. Лениво сгущаясь, они угрожали крупным и непрерывным ливнем.
Здесь, у Болотного Доктора, словно атмосфера была совсем другая, правда погода оставалась такой же. Дом тоже отличался, как и прилегающая к нему территория. Слева от дома стояло жизненно необходимое строение типа «сортир». Справа от дома стоял сарай. Состояло это не хитрое строение из четырех стен и худой крыши. В нём, сарае, зачем-то хранилось сено. Непонятно, с каких времен оно там находится – никто и никогда не видел хозяина с косой в руках, собственно как и косы в его доме. За это время сухая трава, не сгнила и даже не была сырой, казалось, что скосили этим летом для домашнего скота. Только и его негде взять, разве что на сене этом лежала псевдоплоть.
Она никак не реагировала на людей, словно их нет совсем, что не сказать о людях. Те, кто уже попадали сюда на лечение, знали некоторые особенности, а вот новички…избитая тема. Насмотревшись ужаса в Зоне и пострадав от собственной паники, они шугались даже от безобидного Бори – так его звал хозяин дома.
Мутант мирно похрюкивал во сне. Иногда до ушей долетало невнятное бормотание на человечьем языке. Словно ругалась на кого-то в своём беспокойном сне. Правда слова были ломанными, и больше смахивало на тарабарщину, но бывало, что это зверьё произносило внятные целые предложения, пусть и короткие.
Буксир потёр замерзшие руки – холодно. Снова припал к горлышку, почувствовал, как его запрокинутую голову изморосью облизывает ледяная влага. Стол приобретал некий глянец, а ветер становился сильнее. От этого жуть как неприятно было.
Через час, опустошив бутылку под скромную закуску, ей была тушёнка, аккуратно поставил пустую тару под стол, вплотную к ножке. Сзади послышался голос, словно человеку это давалось неимоверным трудом:
- Доктор не велит мусорить.
Вздрогнув от неожиданности, Буксир оглянулся. Рука дёрнулась к пистолету, но разглядев, кто именно стоит, сразу расслабился. В шаге от него стоял зомби (кстати, тоже домашний).
- А, Бенито, – протянул Буксир. – Ты как подкрался-то ко мне? Почему с Доком не ушёл?
- Доктор ругается, когда бутылки, – проигнорировал здоровяка зомби.
- Бенито, это просто бутылка и я культурно поставил её, а не кинул в кусты. – Возразил Буксир.
- Бенито, не сердись – мы её с собой заберём. – Заговорил сзади Блиц и обратился к Буксиру. - Пойдём, друг мой, дождь начинается мерзкий. А я зверски хочу выпить.
Сталкеры вовремя пошли к дому, потому что в этот момент плотной стеной, словно включили какой-то небесный душ, влил дождь. Грянул гром. Да такой силы, что друзья резко упали на землю. При этом Буксир вытащил пистолет, а Блиц подтянул к себе у стены стоящую лопату. По тучам пошли яркие трещины, с тёмно-серого неба ударила молния в заброшенную наблюдательную вышку. Страшный треск заставил друзей отпустить своё оружие и прижаться к земле, прикрыв голову руками.