Мой рот, преисполненный праведного возмущения, открывался и закрывался, но гадский босс не собирался предоставлять мне шанс высказаться на его счёт. Должно быть моя пламенная речь сейчас отражалась в ширину лица и горела неоновой вывеской, посему гадёнышу не составило труда прочесть мои мысли. Устав бесполезно стоять и слушать, очевидно босс нашёл свободные уши и собрался разглагольствовать до утра, я села обратно, но успокаиваться не собиралась.
– Лилиан, не горячись, я не хочу обидеть тебя. Но я должен быть уверен, что ты не сорвёшься по какой-либо неведанной мне причине и снова не упорхнёшь в заоблачные дали, бросая на полпути недоделанную работу. Тормозя работу Джона, отдел маркетинга, весь коллектив и меня в том числе. Я хочу быть уверен в том, что ты не подведёшь меня и моих сотрудников, за которых я в ответе, а в трудный момент особенно.
Окей, если ты не считаешь меня психованной ведьмой, то возможно я смогу простить тебя…
Лет через сто…!
– Работа наша сплошь состоит из стресса… – продолжал гадский босс, а я перестала вслушиваться в еретическую бодягу.
Нет, прощение ему однозначно не светит, по-видимому пора собирать вещички и сваливать. Не желая далее учувствовать в клоунском номере, я демонстративно собираю со стола то, что не унёс Джек: ежедневник, ручку, забытую Джоном флешку, и отодвигая кресло, поднимаюсь.
– Что ты делаешь Лилиан?
– Ухожу мистер Сторм, – полагаю, что это должно быть ясно без слов.
– И как далеко ты собралась?
– Для начала домой. На квартиру, выделенную нам с Линдой вашей драгоценной компанией, предпочитающей стрессоустойчивых сотрудников, коим я, по вашим словам, не являюсь. Затем на биржу труда.
– А зачем на биржу труда? – походу мужик в прострации.
– Так я теперь безработная и в служебной квартире больше не смогу проживать. Мне нужна работа – поэтому биржа труда мистер Сторм, – объясняю доходчиво как ребёнку, но ведь он сам задал глупый вопрос.
И вот тут гадский босс психанул, рубанув со всего маху кулаком по столешнице. Стакан с ручками игриво подпрыгнул и звякнул. Я вздрогнула, но быстро расслабилась и про себя улыбнулась.
– Какого чёрта, Лили! – сорвался он в крик, – я задаю простые вопросы и хочу услышать адекватные ответы, а не детские игры в догонялки на биржу труда и обратно.
Теперь я в ступоре, психованный босс меня не выгоняет?
Тем временем странный мужик прекратил издавать вопли койота, взлохматил волосы пальцами, подышал несколько раз поглубже и продолжил обычным голосом:
– Извини Лили, я перегнул палку. Знаешь, время уже за полдень перевалило, мы договорим за обедом, хорошо?
Конечно не хорошо, всё очень и очень плохо, но разве он спрашивает?
Наглый мужик, которому ростом я доставала до подбородка, ухватил меня фамильярно под локоть и повёл в сторону лифта.
– Я на обед, – бросил, не глядя, Джеку.
Спуск на лифте, ознаменовался тем, что мой желудок оказавшись на знакомом месте под горлом едва не опорожнился выпитым недавно кофе. Но звёзды сегодня на стороне мистера Сторма, а жаль… могло быть весело.
У главного входа-выхода его величество босса всех боссов ожидал длинный чёрный лимузин, в который всё также под локоть я была принудительно усажена.
Приехали мы в пятизвёздочный отель «LUXURY», принадлежащий само собой RLSCP. К тому же известный не только своими номерами для VIP-гостей, коих в LA как грязи, но также и шикарным рестораном класса люкс. Естественно, а как иначе? Чем же ещё кормить снобов всех мастей? Не гамбургерами же…
И вопрос дня – что я здесь делаю? Одета я сегодня в бежевые брюки из масс-маркета, простую белую блузку с отложным воротником, туфли на шпильке телесного цвета, волосы через прямой пробор собраны в низкий хвост, барахло вроде ежедневника оставлено на заднем сиденье лимузина. Какой из меня посетитель люксового ресторана в компании новоиспечённого богатея…? Никакой…. И второго варианта ответа нет. Но по-видимому смущает это только меня. Мой спутник прёт напролом, лишь бы не получилось, как у Титаника.
Едва мы сели за столик, накрытый накрахмаленной белоснежной скатертью, аккурат передо мной, услужливый официант, чтобы ему икалось до конца смены, раскрыл меню ткнув им в моё лицо, поскольку я отказывалась добровольно брать его в руки. Но делать нечего, пришлось смириться, потому как официанта моё мнение интересует не больше чем мистера Сторма. Не читая я захлопнула сей талмуд, поскольку более чем уверена, что согласно здешних расценок, гораздо проще и выгоднее купить боевой лётный истребитель самой последней марки. Прочистив горло, я отложила кожаный переплёт и не поднимая взгляда буркнула не вежливо: