– Пообедаешь со мной? – босс подкрался ко мне сзади, не касаясь руками, ведь мы не одни в помещении, но наклонился достаточно близко, чтобы опалить дыханием чувствительную кожу за ухом.
– Ты обманом заставил меня бросить Линду, чтобы самому пообедать в моём присутствии?
– Ты угадала, – вот так просто он признался в собственном коварстве, и судя по голосу ни капли не раскаивался. Оборачиваться я не стала, велика была вероятность того, что, увидев воочию его самодовольную физиономию мне захочется её немного приукрасить, добавив красного полосатого узора от ногтей.
– Всё готово мистер Сторм, новый компьютер перенесён и подключён как положено. Также между вашим компьютером и новым проведён отдельный кабель и, по вашей просьбе, между ними я настроил отдельную связь помимо общекорпоративной. На рабочем столе windows обособленная папка для файлов, – отчитался системный администратор.
А у меня от фразы «между ними отдельная связь» по спине промаршировали мурашки. Дикость какая-то. Зачем главному боссу создавать отдельную сеть между нашими компьютерами? Для чего?
– Вам что-то ещё нужно мистер Сторм?
– Нет, можешь идти, – Эдриан моментально потерял интерес к работнику и с горящими предвкушением глазами направился к накрытому столу.
– Лилиан если хочешь помыть руки, то здесь есть ванная комната, – предложил мне Эдриан.
Я ошеломлённо уставилась на него. Действительно, богачи вряд ли будут скупиться на собственный комфорт и благополучие. Я хмыкнула: «Это ж надо придумать такое – персональная ванная комната в персональном офисе на персональном верхнем этаже частной стеклянной башни. Красиво жить не запретишь!»
Но прошла по указанному кивком головы направлению, не столько ради мытья рук, сколько от снедаемого любопытства. По содержанию ванная ничем ни отличалась от любой другой. Душевая кабинка, огороженная тёмно-серым непроницаемым стеклом, белоснежные унитаз, биде и раковина, шкаф с полотенцами. Полы и стены в мраморе серого цвета смешанной палитры от светлых до очень тёмных тонов, многоуровневое освещение. Вычурно, дорого, идеально подходит какому-нибудь высокомерному богатею из верхней общественной прослойки.
Я помыла руки душистым мылом, промокнула влагу белоснежным полотенцем, до невозможности мягким и пушистым. Даже наши с Линдой домашние банные полотенца не могли похвастать особой мягкостью. Чёртовы богачи!
Эдриан терпеливо меня дожидался, стоя вплотную к окну и заложив руки за спину.
– Почему не обедаешь, – я тихо нарушила тишину.
– Не хотел начинать без тебя, – его прямолинейность порой обескураживала, примерно, как сейчас. Мне сложно поверить в его заверения о заинтересованности во мне, но простые искренние фразы непринуждённо проскальзывающие в наших диалогах вольно невольно рушат нежно-выпестованные мною барьеры против всего мужского, особенно наделённого властью и богатством.
Спорить по поводу подобранного меню не стала и молча проглотила предложенное, едва ли почувствовав вкус. Но выдала заученную похвалу выбору блюд и поварскому искусству. Откинувшись на спинку кожаного дивана, я нервно теребила собственные пальцы, не зная, как подступиться к разговору первостепенной важности – какого чёрта я теперь работаю в этом шикарном кабинете.
– Кофе, чай? – Эдриан сама невозмутимость. Но его красноречивый взгляд на мои дёрганые движения руками не оставляли сомнения, что ему прекрасно известно моё состояние.
– Всё равно, можно воду, – раздражённо пожала плечами.
Он подошёл к столу и нажал кнопку селектора:
– Два кофе, Оливия.
Значит пышногрудая мисс новая секретарша величается Оливией.
– В прошлый раз у тебя в помощниках числился только Джек, – закинула первую удочку.
– Джека я привёз с собой. Он работает на меня несколько лет. Предыдущая секретарша уволилась вслед за бывшим боссом, должно быть он забрал её на новое место работы. А Оливию прислали из отдела кадров. Может твоя Линда отбирала кандидатуры.
Я отчётливо видела глумливые хитринки в карих глазах, но раздражение накатывало волнами, и каждая последующая перекрывала предыдущую, мне на короткое мгновение показалось, что возможно грядёт шторм.
Я конечно предпочла бы его избежать, позориться неуравновешенной психикой в первый день совместной работы с главным боссом – это несмываемое пятно на собственной профессиональной репутации.
Поэтому стискиваю пальцы, растягиваю губы в улыбку:
– Вряд ли новичку доверили бы отбор сотрудника на столь ответственную должность.
Его бровь подпрыгнула вверх: