– Лили просыпайся! Ты просила разбудить тебя пораньше.
Я, лёжа на боку, приоткрыла один глаз оглядела мистера ранняя пташка и решила, что для меня все ещё слишком рано. Казалось я уснула пару часов назад. Но спалось так сладко и беззаботно, что не хотелось заканчивать.
– Я в душ, постарайся проснуться к моему возвращению, – напоследок молвил Эдриан. А я подумала: «Да-да, только минутку полежу». Закрыла глаз и провалилась в прерванную негу.
– Лили, – громкий окрик не заставил меня подскочить на кровати, даже глаз не открылся, хотя раньше от голоса Линды я подскакивала на метр вверх. А сейчас, клянусь, я готова убивать только за то, чтобы не прерывать обретённую мной нирвану и не идти на работу как минимум до обеда.
– Малышка, почему ты не встаёшь? – кровать рядом со мной прогнулась, мужские пальцы ласково пробежались по щеке и заправили прядь волос за ухо. Большой палец коснулся нижней губы и мой рот против воли улыбнулся.
– С моей стороны будет чересчур нагло просить босса об отгуле? Я не хочу вставать.
– Открой боссу свои красивые глазки Лили.
Нехотя, один глаз решил побыть послушным и уставился на улыбающееся лицо Эдриана.
– Когда откроешь второй глазик, возможно ты решишь, что способна явить себя главному офису RLSCP на западном побережье, мм?
Его пальцы поглаживали щеку и это было так волнительно. Нежные волны накатывали на моё тело, в качестве прибоя выступил низ живота, пальцы на ногах поджимались в ответ на каждую тёплую волну.
– Эдриан, – мой стон вышел жалобным и молящим, – не делай так. Мне хочется не на работу, а чего-то совсем другого.
– Если ты продолжишь так стонать, то гарантирую, что на работу сегодня не попадём мы оба.
Я предприняла ещё одну попытку, чувствую, что последнюю, ибо сонливая нега безвозвратно отступала: – А можно я приду на работу к обеду? У тебя шикарная кровать, я в ней сплю как младенец.
Он закашлялся: – Милая, это совсем не то, что я хотел бы слышать от тебя в качестве характеристики моей кровати. За это будешь наказана. – Звонкий шлепок опустился на мою ягодицу и ожёг резкой болью.
– Ай, за что?
– За то, что в моей кровати тебе хочется спать!
– Разве люди изобрели данный предмет мебели не для этого? – я села на попу, поправляя сбившуюся футболку, и хлопая неумытыми глазами после сна, возвращая зрению резкость.
– Мне плевать, кто и с какой целью изобретал кровать. Но мою – ты будешь хвалить не за эти качества.
– Хам!
– Ворчунья. Кстати, у тебя на душ и переодевания не более получаса.
– Что?! Почему ты не разбудил меня?
В ответ оглушительный мужской хохот: – Я бужу тебя целый час. И сильно удивлён, что мне удалось вытащить тебя из постели. Не знал, что ты засоня.
Я металась по комнате в поисках своих вещей. С трудом вспомнив, что душ принимала вчера на первом уровне пентхауса, с визгом помчалась вниз.
Найдя вчерашние платье, обувь и сумку оглядела себя щеголяющую в мужской футболке. Выйти в таком виде из квартиры Эдриана, чтобы проехать на лифте несколько этаже? Ни за что! Метнулась в ванную, одела поверх футболки огромный длинный махровый халат, и в таком виде, босая, крепко обнимая свои пожитки помчалась к лифту.
– Жду тебя на парковке через 30 минут! – прокричал мне вслед Эдриан.
Когда я садилась в его роскошный лимузин, то была бесконечно далека от того благостного расположения духа, которое царило в моей душе в момент пробуждения.
Глаза высекали молнии, и я с величайшим трудом удерживалась, чтобы не нахамить или хотя бы не подрихтовать сияющее довольством и мужским превосходством лицо главного босса.
– Твоя счастливая и удовлетворённая физиономия вызывает у меня тошноту.
– Ты можешь дерзить сколько угодно, пока помнишь, что последует за этим, – откровенная в своей наглости усмешка, исказившая его лицо, в одночасье схлопнула моё недовольство. И я отвернулась к окну, отказываясь так легко признавать поражение.
– Послушная девочка, – тихий смешок резанул по нервам, моментально всколыхнув во мне новую волну внутреннего бунта и протеста. – Кстати, моя физиономия может и счастливая, но отнюдь не удовлетворённая, Ли-ли.
От нескромного намёка моё лицо заполыхало стыдливым румянцем, но внутреннее сопротивление не собиралось сдавать свои позиции:
– Ты ходишь по тонкому льду Эдриан. Не забывай, что я послушная девочка лишь до той поры, пока сама этого хочу. И не советую тебе использовать это словосочетание в отношении меня слишком часто. Так как эффект будет совершенно противоположным.
Я не смотрела на него пока озвучивала свою тираду, поскольку внутренняя дрожь мешала оставаться в адеквате. Я уже знаю, что нежный карий взгляд способен гипнотизировать меня, превращая в послушное желе. Поэтому, отстаивая свои позиции хотела иметь некую дистанцию относительно вопиюще-соблазнительного мужчины, который обнимал меня всю ночь, ни разу не оскорбил пошлыми намёками на близость, терпеливо давая мне время обвыкнуться. Он выбрал верный путь, чтобы наверняка заполучить мои трусики в свою коллекцию. Но эта мерзкая фраза «послушная девочка» пробуждает во мне фурию, страдающую высшей степенью мужененавистничества.