— Э-э-эй, подожди! — вскинулся я, вспоминая, что и я, и эльфа, и метаморф, и Койот наоставляли здесь и своей органики. — Там ведь и наша кровь тоже!
— Догадливая, — неприятно улыбнулся мутный старикан. — Как тебе перспектива стать мамочкой вида шестидясятиногих жалобрюхих пауков?
Глава 11.
Не знаю, что за шлея попала мне под хвосты, но бородатую скотину я бы гонял до рассвета, и фига с два ему бы помог скилл телепортации. Стоило мне добежать до очередной его нычки, как дедок шустро возникал в другом месте. А вогнать себя в столько сейчас необходимое состояние меня-нити, увы, не получалось...
В конце-концов, я плюнул на изворотливого старика, и вернулся обратно на родной трон, то есть — на шею Чука.
Странно, но мне стало заметно легче. Надо было сбросить накопившийся стресс, пусть даже таким немудрёным способом.
Забросив свежих корешков, я предложил отвар компаньонам, но оба отказались, метаморфу явно не до того было, а Койот глуповато хихикал и пытался не подавиться трубкой. Ну и флаг им в... в руки, да. Мне же больше достанется.
Метаморф с каменной рожей, но хитрющими глазами зажилил куда-то в складки брони весьма интересный узорчатый нож, переданный трясущимся от смеха индейцем.
— Выдохлась? — Ещё ёрничает, шулер престарелый. Я вместо ответа просто отмахнулся от него, и лёг на относительно гладкую прохладную макушку Чука. Вроде бы металл металлом, а лежать на теоретически скользкой поверхности оказалось крайне комфортно.
— Не расстраивайся так, — сделал очередную попытку подковырнуть Лаганар. — Может, они будут похожи на пекинесов.
Лучше бы на лисят. Эльфолисят с возможностями телепатов, метаморфизмом и родством с тенями. Или сороканогих жалобрюхих пекинесов. Хотя не, только не пекинесов. Лохматые рулоны туалетной бумаги, гавкающие абсолютно на всё подряд — это последнее, что хочется увидеть в качестве собственных «детишек».
Метаморф во время дедовой подколки аж подобрался, явно намереваясь снова на что-нибудь поспорить с краснокожим. Фиг вам, ага, тот самый, который национальный индейский степной коттедж.
— Дальше-то что? — спросил метаморф, поняв, что повторно гоняться за дедом я не собираюсь, и предмет предполагаемого спора ему мощно обломился. — Возвращаемся?
— Ща-а-аз, — дедок ткнул индейца и каким-то хитрым образом раскурил от его трубки свою. — Теперь мы прекратим уже страдать ерундой и отнесём то, что осталось от портала, куда подальше. Ну, а поскольку геликоптерс у нас явно больше нихт, идти придётся пешком. Ножками, господа и дама, ножками...
Ну, насчёт того, что «хеликоптерс нихт» — стоило бы меня спросить. Но — раз предпочитают пешком — навязывать свои транспортные услуги не буду.
Я отклеился от удобной головы Чука и, по-ковбойски ударив его пятками куда-то в пластины под плечами, умудрился ещё не потерять кружку и завершить начатую дедом фразочку:
— Попестоффали!
— Кайда барасын Пятачок? Улкен-улкен секрет! — бодро напевал я песенку, стараясь поймать маршевый ритм. Индеец истерически ржал, скатывался с барханов и периодически возвращался за потерянной перьевой шапкой.
Дедок усмехался, ведя нас одному ему известной дорогой, а метаморф, глядя на меня и Койота, разве что не фейспалмил.
Пофиг. Слишком много напряжённостей было сегодня, слишком медленно и тяжеловесно мы пробежались по мономолекулярному лезвию бритвы. Так что имеем право расслабиться. Заслужили.
Таки у индейца всё же оказалось весьма приличное чувство ритма, и вскоре мы уже на два голоса напевали маршевый вариант саги о Винни-Пухе:
Куда идём мы с Пятачком?
Большой-большой секрет!
И не расскажем мы о нём,
Нет-нет, и нет,
И нет.
Мимо тянулись однообразные барханы, тонкая полосочка предрассветных отблесков потихоньку наползала на облака с востока, а конца-края дороге и не предвиделось.
Чук, опираясь на свои коммуникации, доложил о том, что флаер приведён в порядок, и я, логично предположив, что смысла возвращаться обратно нет никакого, тем более — что с нами в компании исправно телепортирующийся шулер, — и потому отправил флаер обратно в музей. Дроид напомнил, что там есть какой-то автоматизированный ремонтно-консервирующий комплекс. Что ж, так даже лучше.