Гусятник размялся первой порцией и поглядывал в зал. Некоторых из присутствующих он знал, с немногими вел дела. С Рыжей Конни ебся. Их спаривание не назовешь ни сексом, ни соитием, ни половым актом. Именно ебся. Неделю. Рекорд постоянства. Расстались они два дня назад. Разошлись в понимании приличий.
На сегодня встреч Варуша не планировал, и вполне довольствовался одиночеством. Оно весьма гармонировало с его паскудным… нет не так… распаскуднейшим настроением. Гармонию неплохо дополняла литрухой виски. Утверждают настоящего. Кто утверждает? Производитель. Чем отличался настоящий виски от паленого? Ценой. Вкусом, цветом и перспективой загнуться прямо за столом — фальсификат и фирма идентичны.
Ныне кабак впечатлял радугами нового стекла, белым снегом скатертей, черным строем биллиардных киев, зелеными лужайками игровых столов и медью оркестра, душевно исполнявшего Besame mucho. После нее обычно играли Black Eyes. Тоже душевно. А следом Coachman. До слезы.
Толкнули дверь, звякнул колокольчик, и Варуша попрощался с взлелеянным одиночеством. Заявился Карлик. В подлунном мире не многие обходятся одной кличкой. Были у Карлика и имя и фамилия. Официально, по бумагам. Но что это как не формализм и жлобство? Истинно так.
Карлик относился к когорте беспеченных хлопцев, состоявших на довольствии у Магистрата. Но явное заблуждение расценивать его появление в Мотыльке желанием кутнуть. Карлик на дух не переносил выпивку, курево и предпочитал мужиков бабам. Объявиться ему в кабаке одна причина. Карлик искал его, Варушу.
Гусятник вскинул руку, сигнализируя — я здесь! Смысл прятаться от старого сослуживца? Сейчас они в разных упряжках и у разных кормушек, но у каждого свой выбор.
− Здорово были, − протянул руку Карлик. Несмотря на мелкий рост лапища у приятеля о-го-го! Из камня воду выжмет.
− Были и будем, − ответствовал Варуша, привставая со стула. — Выпьешь чего?
− Морковного сока.
− Что? Стоять перестал? — ухмыльнулся Варуша. Аскеза приятеля выше всякого человеческого понимания.
− Для стрелка зрение первое дело, − не оценил шутки Карлик.
− Из пулемета-то куда целиться…. Не промахнешься.
Оба посмеялись. Две благородные дамы неверно интерпретировав их смех, прокрейсировали мимо, задели Карлика локотком.
− Ах, простите!
− Прощаю, − Карлик не вежливо сунул палец за щеку.
Дамы обиделись. Отсос шел в комплексе постельных услуг. За кого он их принимает? За базарных дешевок?
− Есть хорошие новости? — спросил Карлик, расставшись с дарительницами утех.
− А если нет?
− Вообще или хороших?
− Хороших.
− Сойдут и плохие.
− За кого спрашиваешь? — уточнил Варуша. Как и везде информация стоило дорого. Баснословно дорого. И то, что они раньше прикрывали друг другу спины, теперь по большому счету мало что значит. Теперь спины прикрывают другие и другим.
− За себя, − честно ответил Карлик.
Варуша имел все основания заподозрить его в неискренности. Но сегодня такое настроение….
− Что конкретно?
− Думаешь, я сюда приперся выяснять с какой ноги поднялся Богуш? Или Магистрат наконец вспомнил о своем предназначении поддерживать закон и порядок среди своих граждан?
− Ну, мал ли….
− Не дури. Что с Головачом?
Варуша наполнил стакан и выпил. Карлик не торопил. Он уважал чужие пристрастия и ожидал, к его порокам отнесутся так же. Варуша терпим к чужим порокам, пока его не касалось. С Карликом они чудно ладили.
− Есть бооольшие подозрения, что на этот раз все прошло очень-очень плохо. Опаздывает с возвращением на три дня. Потому бооольшие подозрения более, чем обоснованы.
− А кроме подозрений? — Карлику свойственно проявлять беспокойство. Он еще застал времена, когда наемничество служило синонимом боевому братству. Рудимент уходящей эпохи.
− С любопытным человечком потолковал.
− С кем-то из диггеров?
− Из них родимых.
− И чего такого он поведал?
− Стрельба большая была. Как раз в том месте, куда отправился Головач. Стрельба была, а вот взрыва….
− Он что? За ними увязался?
Было чему удивляться. Встречались такие, на всю голову отмороженные.
− Парнишка не настолько глуп. Он мылил свое уровнем выше. Услышал.
− Услышал или вроде услышал?
− Услышал, − Варуша полез в нагрудный карман и вытащил армейский жетон. — Этот выполз к нему. Спустя час или два.