Девушка решительно поднялась. Свой рюкзак отложила в сторону, понягу подсунула Пахе под голову, взяла автомат. Ей он показался не легче Пахи. Прикинула, за сколько обернется. Двадцать минут? Полчаса? Полчаса не так уж много.
− А если никого нет? — тряхнула она Паху за плечо.
− Иди…, − простонал тот.
Чили сделала самое большее три шага и оглянулась. По наитию, по странному холодку, пробежавшему между лопаток, по некоему чувству обеспокоенности и близкой угрозы.
Динго стоял метрах в тридцати и смотрел. Как смотрят любопытные зеваки на занятное действо. А что дальше? Когда продолжение?
− Пошел! — махнула Чили на непрошенного гостя.
Пес не двинулся. Стриганул ушами, помотал мордой и сел в траву. Ждать. Чили помнила − динго живут стаями. Значит, скоро все компания пожалует.
Опасность почувствовал и Паха. Приподнялся, сфокусировался на псе.
− Дай, − потребовал он автомат, дернул затвор.
Динго прилег, только уши да нос торчали из густого овсяца.
− Иди, − поторопил Паха. — Управлюсь….
− Я быстро, − пообещала Чили, заглянув ему в лицо. Глаза провалились, щеки впали. Подбородок в крови. Он не успевал её отплевывать.
И снова как искра. Оставишь одного, он сдастся. Просто возьмет и сдастся. И «уйдет», немигающее уставившись в серое небо и облака, что кочуют из края в край.
− Паха, миленький, подымайся! Ты сможешь! Ты все-все сможешь, − отчаянно тормошила Чили парня.
Вместо ответа кровавые пузыри на губах.
− Мужик, ты или кто?
Лучше бы молчала. Паха попытался, слава богу, силенок не хватило, направить автоматный ствол себе в подбородок.
Нет, его нельзя оставлять. Чили подлезла Пахе подмышку, с натугой подняла.
− Держись.
Они шли вверх, они плелись вверх, они ползли вверх. Ближе к финалу восхождения, Чили тащила Паху по траве, как тащат большую тяжелую тряпичную куклу.
Динго трусил следом. Не приближаясь и не отставая. Он смотрел. Наблюдал, как человек спасает человека, рискуя пропасть сам. Получить пулю псина не опасалась.
За десять-пятнадцать метров до вершины, Чили выдохлась. Окончательно. Устало прислонилась к дереву и тяжело дышала, не в состоянии двигаться.
Пес сделал рывок вперед. Не атаковать, а подстегнуть. Напрасно. Она не встанет. Не подчинится ни воли, ни инстинкту, ни чему и ни кому. Она не сдалась. Она безмерно устала.
Динго повторил угрозу.
Чили забрала у Пахи автомат. Даже без сознания, он не выпускал оружие. Вцепился намертво.
Очевидно, лицо девушки выражало неподдельную решимость стрелять, пес встал в стойку, напружинился. По загривку перекатилась волна вздыбленной шерсти. Низко рыкнул.
− Если вы не против, я помогу, − раздалось над самым ухом у девушки.
От неожиданности Чили нажала курок. Автомат громыхнул, пугая тишину. Пуля с чмоком впилась в березу. Полетели листья и веточки.
− Выстрел не назвать удачным.
Девушка повернула голову. Невероятно толстый мужчина, одетый весьма легкомысленно. В простую цветастую рубашку с коротким рукавом, шорты до колен и шлепанцы из старых сандалий с обрезанными задниками.
− Мгебо, − спокоен мужчина. — Это мое имя.
− Я − Чили, он − Паха.
− С ним я знаком.
− Так он шел к вам? — с облегчением вздохнула Чили.
− Очевидно.
− Ему срочно нужна помощь. Ему плохо. У него кончилось лекарство, − кратко описала очевидность девушка.
− Не трудно определить насколько ему хреново.
С появлением Мгебо динго пропал. Чили даже и не заметила куда. Пятнистая рыжая шкура отлично сливалась с желтым увядающим подлеском.
− Позвольте, возьму ваши вещи.
− Лучше его.
− Извините, но как раз его придется тащить вам, − ответил Мгебо, все так же, улыбаясь. — А все остальное донесу я.
− Я…, − растерялась Чили.
− При всем желании я не могу этого сделать. А носилок у нас нет.
«Беременным нельзя утруждаться,» − недобро съязвила Чили о брюхатом.
Обидную мысль Мгебо угадал и прокомментировал.
− Физически не могу контактировать с людьми. Так что руку помощи протяну условно и относительно. Но вы справитесь. Иначе не добрались бы до сюда.
Мужчина забрал рюкзак, понягу и автомат. Положил перед Чили отломанную палку.
− Обопритесь.
− Да уж как-нибудь…, − отказалась Чили.
«Помошничек, называется. Шмотки подобрал, а человек пусть пропадает.».