– Славочка, мне сказали, что ты был донором, сдавал, прости Господи, сперму в клинике, где делают ЭКО… – начинает осторожно, но бьёт метко и сражает почти наповал.
При подписании договора меня заверили, что об этом никто никогда не узнает. Откуда у мамы эта информация?
– Кто сказал? – пытаюсь разведать обстановку, всё ещё надеюсь отшутиться и “съехать с базара”.
– Женщина… Она мне позвонила после того, как я написала на своей странице, что случился теракт и я лечу сюда. Был взрыв, звонили из посольства… И она предложила взять для экспертизы анализ у её ребёнка…
Мамины оправдания уходят в фон. Как это понимать? Клиника растрепала какой-то клиентке, чей донорский материал был использован? Завожусь. Этого мне ещё не хватало! Горе-эскулапы возомнили себя бессмертными?
Гарантия конфиденциальности была первым и основным условием нашего сотрудничества. Уважаемый человек рекомендовал именно эту клинику как абсолютно надёжную, работающую по западным стандартам.
– Славочка, эта женщина сказала правду? У неё ребёночек от тебя? Как же так? Ты же говорил, что не можешь иметь детей… И я уже почти смирилась.
– Мама, – стараюсь говорить помягче, но полностью избавиться от стали в голосе не удаётся. – Я понятия не имею, что это за женщина, откуда она взялась и для чего выдумала ребёнка.
– Она не выдумала! Я волосы малыша привезла на экспертизу… Ты и сам можешь проверить.
– Ма, я тебе сколько раз говорил не обсуждать личные вопросы в интернете? – глажу её, и чувствую, как она сжимается. Неужели и вправду поверила и обрадовалась внуку?
– Но я же только с близкими! – оправдывается, а губа уже дрожит – готовится плакать.
– Мамуль, кроме близких, тебя могли прочитать и мошенники. И эта женщина – скорее всего, одна из них.
Наверняка ушлая особа быстро сообразила, что может навешать маме на уши лапши, выдать своего ребёнка за моего и потребовать долю в наследстве.
– Мошенники? – голос дрожит.
– Ма, не плачь…
– Славочка, ты так и не ответил. Про донорство – правда? Ты обманывал меня и Настю все эти годы?
– Не совсем, – не хочу лгать маме в ответ на прямой вопрос, но и объяснить ей логику давних событий, расписываясь в глупости, вряд ли удастся. – Я действительно бесплодный и не могу иметь детей.
Это – правда. Но так было не всегда. И да, вполне вероятно, что где-то есть дети, рождённые от моего биологического материала.
– Но эта женщина назвала клинику! Ведь при желании её обман можно легко раскрыть!
– Чтобы раскрыть – нужно захотеть. А мошенники действуют так, что этого желания у жертвы не возникнет. Представь себе ситуацию. Женщина хоронит единственного сына и остаётся совсем одна. И тут неожиданно появляется молодая симпатичная особа и предъявляет ей ребёнка, утверждая, что родила его от умершего сына. То есть он является ей внуком. Убитая горем женщина не пойдёт искать доказательства – она будет счастливо любить названого малыша и благодарить Бога за такой подарок. Что далеко ходить? Разве для тебя имеет значение, кто моя биологическая мать? Но этой особе нужны только деньги. Получив их, она достигнет цели и растворится в тумане вместе с ребёнком.
Мама ожидаемо плачет. Чёрт… Я этого так не оставлю. Если это не удивительное совпадение, а твари в клинике действительно раскрыли информацию обо мне, то я накажу их так, что мало не покажется!
– Настя знает? – спрашиваю о важном.
Мама качает головой, и я немного успокаиваюсь. Но ненадолго.
– Клянусь, я ничего об этом не писала! И с Настей не общалась – она мне даже не позвонила!
– И никому не рассказывала о ребёнке? – уточняю с сомнением. Мама под влиянием эмоций становится ужасно болтливой.
– Никому! Я только с Валечкой поделилась, но она обещала держать язык за зубами.
Просто ”чудесно”… Не сомневаюсь, что мамина милая подружка уже успела дать интервью минимум одному новостному изданию или женскому журналу. То, что знает Валечка, – знает весь мир… А значит, эта информация может дойти до Насти.