В первый момент кажется, что Ян меня ударит. Но нет – сжимает челюсти до хруста и молча опускается на ближайший стул. А я остаюсь стоять, тем самым получая некоторое преимущество. Тут я главная. И я буду командовать парадом.
– Это – чудовищное совпадение, – стараюсь звучать жёстко и ровно, чтобы речь не выглядела как жалкие оправдания. – Клянусь, я не знала, что это ты. Если бы хоть маленькая вероятность была, то, видит Бог, я выбрала бы другую клинику, чтобы никогда, ни при каких обстоятельствах не встретиться с тобой и твоим биоматериалом. Уже после рождения детей я случайно увидела в соцсети такую же детскую фотографию, как мне дали в клинике… Стало любопытно, полезла рассматривать. Откуда я могла знать, что это – твоя мама? Оксана Тульчинская, сын Славочка. Что может быть общего с Яном Клейном? Исходя из чего я должна была догадаться, что это – ты? – под конец монолога поднимаю голос. – Давай, выдай мне хоть один адекватный аргумент!
Я ни в чём перед ним не виновата! Это невероятное стечение обстоятельств. Почему я должна оправдываться и выслушивать оскорбления и угрозы? Даже если со стороны ему что-то мерещится, то он должен сначала доказать мою вину, а потом кидаться, как бешеное животное.
– Не ври! Просто так случайно в сети ничего не находится! – уже не кричит, но в голосе по-прежнему слышится угроза.
– Можешь мне не верить, но я говорю правду, – пытаюсь изображать хотя бы видимость спокойствия, хотя я сейчас – огнедышащий дракон. – Я увидела фото, заинтересовалась, подписалась на Оксану, – повторяю снова, чтобы эта информация прочно осела у него в голове. – А однажды прочитала, что её сын пропал при взрыве, и его не могут опознать из-за отсутствия кровных родственников. И я предложила ей помощь! Просто по-человечески! Потому что могла помочь и не прошла мимо. Откуда мне было знать, что “Славочка” – это ты?
– Ты чудесно подготовилась. Браво! На всё находишь стройные оправдания, – накал в репликах Яна снижается, появляется насмешка. Таким я его ещё больше ненавижу.
– Потому что это правда, – чеканю.
– Ты хоть представляешь, что натворила? Ты понимаешь, что никто в мире, ни одна живая душа, не должна была узнать о моём донорстве! А теперь эта сугубо конфиденциальная информация внезапно стала известна всем! И её уже активно используют против меня! – Ян снова заводится, но продолжает сидеть.
– Я хотела помочь твоей матери найти тебя… Я думала, что тебя уже нет в живых, и это – экстренный случай.
– Помогла? Кто будет компенсировать мне убытки? Кто заплатит за репутационные потери? Да ты понимаешь, что есть вещи, которые никакими деньгами мира не загладить?!
– Это у тебя репутационные потери? У тебя? И ты предъявляешь претензии мне? Да это твоя мать растрезвонила всем! Вот ей и предъявляй претензии! Думаешь, у меня и моих детей меньше проблем? Я тоже не ходила с транспарантом и никому не говорила, что сделала ЭКО. И пока понятия не имею, как буду разгребать…
– Моя мама была первой, кому категорически нельзя было говорить!
– Ну извини, – на это мне нечего сказать в своё оправдание. – Хотела как лучше.
– Я тебя засужу! – Ян будто ничего не слышит и стоит на своём.
Надежды, что он одумается нет – он не настроен на компромисс и жаждет крови. Только почему пустить кровь он должен именно мне?
– Прекрасно! Встретимся в суде и посмотрим, кого признают виновным! Если у тебя всё, то до свидания, – машу рукой, указывая на дверь. – Или вызвать полицию?
– Ну ты и дрянь… – ругается, но встаёт и направляется к выходу.
– Лучше направь свою энергию на то, чтобы выяснить, по чьей инициативе наклепали эти статейки, – бросаю ему вслед.
– Это я и так знаю. И поверь, все виновные понесут наказание. Абсолютно все! – звучит весьма зловеще, учитывая степень моей вины.
Клейн уходит не прощаясь. А я наконец опускаюсь в кресло, открываю переписку с Демоном и печатаю:
“Привет. Как дела?”
Глава 11
Он не в сети. Как назло, именно когда мне так нужна порция успокоительных сообщений из разряда “ни о чём”. С некоторых пор я подпитываюсь от них энергией. Казалось бы – ерунда. Пустая болтовня, переписка с совершенно незнакомым человеком о разных мелочах и глупостях. Но я подсела на неё. Иногда кажется, что если Демон вдруг исчезнет – задохнусь.