– Вот это мне подойдёт!
– Упражнения с землёй – упасть так, чтобы быстро вскочить, не причинив себе вреда. Разбить кулаком или ребром ладони сделанные из земли-глины предметы – черепицу или кирпич.
– Черепицу или кирпич? Ух ты! Ты сама-то это можешь? Продемонстрируй!
Лэй улыбнулась:
– Могу, господин. Только демонстрировать не буду – хвастать зря не подобает бойцу. Не просите о невозможном, господин.
– Хорошо, не буду, – покладисто согласился князь, на самом деле несколько уязвлённый – ишь, какая-то соплюшка отказывается подчиниться ему, своему хозяину! Впрочем, никогда не стоит ломать людей зря. Не хочет, не надо.
– Там ещё что-то было с огнём? – напомнил Баурджин.
– О, да. – Лэй глубоко поклонилась, по всему чувствовалось, что ей было очень трудно отказать господину. – Упражнение со свечами – пламя надо погасить ударом кулака или ноги.
– Ну, это просто.
– Не совсем, господин. Нельзя прикасаться ни к самой свече, ни к пламени… Ой! – Лэй вдруг насторожилась, прислушиваясь к шуму дождя. – Кажется, кто-то стучит. Верно, явился Линь. Побегу открою…
Девушка выбежала во двор, и Баурджин проводил её задумчивым взглядом.
– Кхе-кхе, – тактично покашлял за его плечами окончательно проснувшийся Лао.
Князь обернулся.
– Она почти каждую ночь занимается во дворе, хозяин, – тихо промолвил старик. – Я стар и плохо сплю – видел. Вы, господин, тоже можете посмотреть – и, может быть, кое-что перенять для себя. Учить вас она не имеет права, но смотреть ведь никому не заказано, верно? Я лично знал многих отличных бойцов, научившихся у-шу именно таким образом.
– Чему научившихся?
– У-шу означает – «боевое искусство», – охотно пояснил старик. – Иногда его ещё называют гун-фу – «совершенствование».
– У-шу… Кажется, что-то припоминаю. Поединки на деревенских помостах, да?
– В деревнях выросло немало хороших бойцов, господин.
Баурджин хохотнул:
– Кто бы сомневался!
Вернулась с улицы Лэй, за которой показался Игдорж, усталый и вымокший насквозь.
– Присаживайся к огню, Линь, – кивнул ему князь. – Обсохни и переоденься. Жду тебя в кабинете.
Напарник не заставил себя долго ждать, явился минуты через две – уже умытый и вполне умиротворённый. Баурджин встретил его вопросительным взглядом.
– Придумал, как проверить ребят, – усевшись, негромко произнёс Игдорж. – Завтра, думаю, и проверю. Не всех, но многих.
– Как Сюнь? – вспомнил нойон. – Завтра пусть сбреет волосы и приходит сюда – будет привратником.
– Опасно, князь. Его ведь уже ищут.
Баурджин нервно пощипал бородку:
– Странно было бы, если б не искали. Люди начальника стражи Фэнь Ю не зря едят свой хлеб… точнее – рис. Поможешь ему изменить облик.
– Сделаю. Тех парней, что пройдут проверку, пока подчинить себе?
– Пожалуй, – подумав, согласился нойон. – Какая, к чертям, разница?
Выпроводив напарника, Баурджин погасил светильник и, пройдя в примыкавшую к кабинету опочивальню, улёгся на широкое ложе. Заворочался, прислушиваясь к шуму дождя. Кажется, капли стучали по крыше всё реже. Нет, в самом деле… Нойон скосил глаза на затянутое промасленной бумагой окно – да, на улице посветлело, это вышедшая из-за туч луна залила серебряным светом двор и сараи. Дождь совсем кончился, и князь приоткрыл окно, подняв в пазах раму. Сразу пахнуло той неповторимой свежестью, какая всегда бывает после только что закончившегося ливня, обычно летнего, ну а здесь, что поделать, сошёл и зимний. Баурджин усмехнулся и покачал головой. Зимний дождь – хорошее сочетание.
Вокруг стояла мёртвая тишина, не нарушаемая ни кошачьими воплями, ни собачьим лаем. Лишь иногда с крепостных башен доносилась мерная перекличка стражников. Что-то напомнила эта картина князю, что-то из далёкого и порядком подзабытого детства – тишина, залитый серебряным светом двор, пустой и безлюдный… Впрочем, нет. Не безлюдный!
Юркая фигурка вынырнула во двор из дому – тоненькая, ловкая, в одних коротких штанах… нет, ещё была широкая, перетягивающая грудь лента. И взметнувшиеся вверх волосы после невообразимо головокружительного прыжка!
Лэй. Ну кто ж ещё-то? Старик же сказал, что она тренируется во дворе каждую ночь. Интересно посмотреть… Вот девушка остановилась, слегка расставив в стороны ноги, неслышно передвинулась вперёд… назад… подпрыгнула… высоко как, почти до самой крыши сарая! Валерий Брумель, а не девка! Попробуй-ка повтори подобный прыжок. Вот приземлилась, мягко, как кошка… нет, скорее словно грациозная пантера, повелительница южных лесов! А руки, руки всё время у груди, закрывают сердце – не ладонью, так локтем… Оп! Резкий выдох, выпад, удар! Левой рукой… Правой… Левой. Правой… Теперь прыжок – и удар ногой. Как у боксёров – бой с тенью. А руками работает, словно балерина! Ах, как грациозно сгибаются суставы… А как поставлены удары! Этак и вправду можно затушить пламя свечи… Вот припала к земле… поднялась, словно тигр, взметнулась журавлём в небо – и стремительным орлом упала на воображаемую жертву… Снова широкое движение, неуловимое, словно бросок кобры. Прыжок! Кувырок в воздухе – приземление – смачный удар ногой… Ну и девка…