– Что вы, – облегчение прорвалось радостной улыбкой. – Чем я могу вам помочь?
– Скажите, у кого я могла бы купить кузнечные инструменты?
– Для сына?
– Для себя.
– Зачем это вам? Я сам могу учить Ванди. Он почтительный сын и талантливый ученик.
– Мне… не столько учить моего мальчика, сколько… – она так очаровательно смутилась, что мастер нетерпеливо ёрзнул на циновке. – Я сама могу быть мастером. Я докажу. У нас ученик сдаёт экзамен, и я готова. Мне только нужны инструменты, скромное место в кузнице и время, чтобы сделать два… две безупречные вещи.
– Я всё никак не могу понять, зачем это вам? – недоумевал мастер.
– Кто я? – она снова устремила на него взгляд своих бледно-голубых глаз. – Кто я, мастер Ли? У меня здесь даже законного имени нет. Нет права покупать и продавать недвижимость без поручителя. Меня нет в документах. Меня нет для закона. Если кто-то меня убьёт, ему за это ничего не будет. Заплатит штраф в казну за нарушение порядка, и всё. Словно собаку пришибли. А звание мастера, пусть низшего разряда, даст мне имя, права и уверенность в будущем сына. Вот что для меня это значит, мастер Ли.
Ну, что за женщина… Всё у неё слишком сложно делается, не по-людски.
– Дорогая моя, – он постарался, чтобы его голос не дрожал так предательски. – Милая моя госпожа, всё это вы можете получить, став моей женой.
Сказал – и ощутил укол страха. А вдруг откажет? Нет, положительно, он ведёт себя, как безусый юнец, забывший, что на свете существуют свахи, способные подобрать ему достойную супругу… Но он не мог ошибиться. Женщина с запахом жасмина всегда смотрела на него с приязнью и тихой грустью, с какой вдовы оценивают свободных мужчин. Только сейчас мастер понял одну непреложную истину: даже если милая гостья происходит из знатной семьи, она будет продолжать лгать, называясь простолюдинкой. Чтобы остаться с ним. На всю жизнь.
Впрочем, Небо и предки не попустили.
Мастер Ли готов был поспорить на свой лучший молот, что Янь не только была готова услышать это, но и обрадовалась.
– Это слишком просто, – сказала она, нежно улыбаясь, краснея и отводя взгляд. – Я должна доказать…
– Что и кому?
– Я здесь никто. Если я сейчас приму ваше предложение, в ваш дом войдёт никто. Такая жена не сделает вам чести. Дайте мне шанс сделаться кем-то, заслужить хоть немного уважения людей, среди которых нам всем ещё много лет жить.
Она права. Здесь никто не знает ни имени, ни славы её отца. Никто ничего не слышал о её покойном муже. Сын слишком мал, чтобы быть надёжной опорой матери. Просто выйти замуж не позволяет гордость, стремление что-то доказать… Кому? Ему? Ему не нужно ничего доказывать.
– Вы не должны ничего доказывать, по крайней мере мне, – он озвучил эту мысль, показавшуюся убедительной. – Пусть для закона вас нет. Пусть для соседей вы чужеземка, но для меня вы…
– Кто? – едва слышно спросила она, когда пауза затянулась.
– Любимая.
Слово произнесено. Теперь назад хода нет.
Женщина с запахом жасмина медленно, словно во сне, протянула к нему руку. Какие у неё тонкие, белые пальцы… И какие они тёплые.
– Я согласна, мастер Ли…
– Юншань, – тихо произнёс он. – Для тебя теперь – по имени.
– Юншань, – повторила она, слабо улыбнувшись. – Дай мне месяц, пожалуйста. Всего месяц. Я сдам экзамен и в тот же день, клянусь, выйду за тебя. Просто дай мне эту возможность. Неужели я много прошу?
Вообще-то да, она просила о невозможном. Даже если она создаст клинок, достойный прославленного генерала, даже если все мастера его артели решат, что она достойна звания мастера, наместник этого решения не утвердит. Свидетельство мастера-оружейника женщинам не выдают. Хотя, по правде сказать, до сих пор женщины и не пытались на него претендовать, не по их силёнкам работа. Но… Кто знает эти западные народы? В бою Янь убила троих, причём одного – бросив молот. А затем ударила киданя копьём, да так, что остриё показалось из его спины. В горячке боя, в бешенстве, удваивающем силы – но она это сделала. Может, и правда отец учил её… Но ждать целый месяц? Видеть её каждый день, вдыхать запах жасмина, и не сметь её коснуться? Так с ума можно сойти.
Впрочем, есть одно решение. Мастер Ли не думал, что оно не понравится любимой.
– Хорошо, – сказал он, не отпуская её руку. – Я дам тебе инструменты… Ну, раз ты так хочешь – поговорю с мастерами, чтобы продали их тебе. Я дам тебе место в кузнице. Я дам тебе время, чтобы подготовиться к экзамену. Но только при одном условии.
– Каком? – он угадал её вопрос по губам – так тихо она это проговорила.